Упоминание о прошлом в Ордене Танатеш заставило КИБовца недовольно поджать губы.
— Это было другое, — покрутил головой он. — У нас с Кодой выбора не было. Морритас не оставил нам его своим поведением. Тогда… — запинку сопроводила неприятный скрип сжатой кружки. — Были сложные времена. Перемирие с Мидрисфаль больно ударило по магистру Танатеш, учитывая чего стоил их конфликт как ему, так и Аурелиусу.
Я понятливо кивнул, поняв, что Баат говорит об убитых женах глав Ордена. Сцепились тогда Ордена не на шутку и готовы были разорвать друг друга на части.
— Но, — наставительно поднял палец зверолюд, немного расслабившись. — Ты должен понимать, что везде все более-менее одинаково. Сама структура Орденов на это рассчитана. Та же логика, те же правила. Только силы и влияние разные. Везде.
И я снова понял о чем он. Даже в правящем страной Ордене Аврора, глобально, меняются только лица вокруг и знамена, что ты несешь. Жажда власти у всех одинаковая.
— Как бы я не “обожал” этих легальных синдикалистов, — кивнул я. — Но отмечу, что от них больше пользы, чем вреда. Согласись, что стольких колоний сам Наместник никогда бы не удержал, будь он хоть трижды сверхчеловеком.
“Доставка шавермы” в лице Баата, скептически глянула на меня.
— Ты можешь ответить почему ты столько времени избегал вступления в Орден? — совсем неожиданно спросил он. — Хотя бы самому себе. Честно.
Вопрос застал меня немного врасплох. Баат, в те времена, находился в экспедиции Авроры на удаленных колониях. Предотвращал гражданскую войну в каком-то захолустье. На Лотартте, кажется. За рисовые поля воевали бедолаги.
Видимо, там и заработал статус лучшего дипломата и место в руководстве КИБа.
Врать “адвокату”, что служил еще с моими настоящими родителями и Фархатом, категорически не хотелось. Хотя он вернулся в Первый Полис всего пять лет назад, но картину точно знал, в деталях. Возможно, даже лучше меня.
Но захотел услышать мою версию.
Что же…
— После случившегося с Алисой… — начал я, водя пальцем по столешнице. — Ты же знаешь, что рабочие и орденские предложения поступают сразу после церемонии вручения дипломов. Отбирают самых перспективных. А инцидент случился как раз в вечер выпуска, так что мне было не до этого — проигнорировал всех. Танатеш в том числе, когда Аурелиус… Сделал то, что он сделал.
— Отказал, — понятливо кивнул Баат, скривившись. — СМИ тогда прямо бомбило от новости о прорыве Бездны в центре Полиса. Даже мы с Кодой, несмотря на бамбуковый интернет, были в курсе.
Я усмехнулся, услышав имя его жены, что сопровождала Баата, кажется, везде. Самая странная и веселая сидхе, что я когда-либо встречал. Причем, тоже служила когда-то Танатеш вместе с мужем и всеми остальными.
— Да, — согласился я. — Причем даже Фархату, хотя тот всю жизнь провел в Коалиции. Однако нам никто не помог уцепиться за все еще активную червоточину. Нужны были всего два грандмага пространственной магии, помимо Фархата и Лойфо. Как оказалось, — я развел руками. — Это величайшая редкость. Были, на тот момент, только в лабораториях Орденов. И все отказали, ссылаясь на неоправданную опасность и бессмысленность самой затеи. Гандоны.
Оскорбление я озвучил скорее по привычке, без старой злобы, что клокотала во мне, в те времена.
— Сторонние специалисты? Наемники? — коротко уточнил зверолюд.
— Были трое. Лететь полгода из Иштвантера и Морайзы. И то, если на манашторм не напорятся.
Баат тихо хмыкнул, ведь как раз таки обе колонии славились максимально частыми манаштормами.
Я продолжил:
— А потом появились данные о моей “отлученности”. Приглашения, как понимаешь, — пропали. И я даже был этому рад. Когда же взялся за магоматонику и более-менее стал на ноги, — Ордена вновь вспомнили о моем существовании. Но мне уже было глубоко плевать. Все новые запросы игнорировал, чисто по инерции.
Слушал меня внимательно, иногда кивая, будто отмечая про себя подтверждение собственных соображений.
— Не хочу тебя обидеть, но звучит не очень правдоподобно, — сказал Баат, внимательно наблюдая за мной. — Я, конечно, могу сделать вид… Но, как-то слабовато. Инфатильно, уж прости.
— Хех, — вздохнул я с горечью. — Ладно.
Я задумался на минуту, воспроизводя события в памяти, прикрыл глаза.
— Когда все произошло, — в первую очередь обратился к опекуну, само собой. Аурелиус, конечно, внимательно выслушал меня. Важно покивал и сказал фразу, что навеки врезалась мне в память: “Ты накопил слишком много спеси, чтобы играть с Потоком. Ни мой, но любой другой Орден, не будет решать ее последствий, помноженных на глупость. Хорошо подумай над этим и двигайся дальше. Если сможешь”.
Баат вздохнул, поджав губы.
— Я и сам знаю, что по большей части он был прав, — хмыкнул я. — Но в тот момент, мне хотелось услышать совсем другое. Без контекста интересов Ордена и прочих нравоучений.
— С тех пор, ты называешь Аурелиуса опекуном?
— Ага. Так, мне кажется, куда более правдиво и правильно.
— М-нэ, — протянул зверолюд потянувшись. — Немного неожиданно. Зато наконец-то имеет смысл.
Я промолчал.
