Запутанная игра полностью

Я краснею, кожа горит. В его устах это звучит совсем не так, как у Эйприл.

– Чего ты хочешь? – резко спрашиваю я, пытаясь перейти сразу к делу. Ненавижу, что так нервничаю в его присутствии.

– Пойдем со мной, – говорит он.

На самом деле это не просьба, поэтому я киваю, следуя за ним.

Пока мы идем по кампусу, я замечаю, что на нас оборачиваются, что кажется… странным. Я привыкла быть невидимкой для людей, но сейчас все смотрят на меня.

Точнее, на Рэнсома.

Несколько девушек открыто пялятся на него, а другие бросают завистливые взгляды на меня, идущую рядом с ним. Конечно, никто из них понятия не имеет, как обстоят дела на самом деле, иначе, возможно, они бы так не завидовали.

– Сколько еще это будет продолжаться? – спрашиваю я через мгновение. Я не говорю ему о словах Мэлиса о том, что я больше никого из них не увижу. Вот же, один из них снова здесь. Даже после того, как он это сказал, я была уверена, что они все равно продолжат следить за мной. – Как долго вы еще собираетесь преследовать меня? Разве я не доказала, что никому не собираюсь рассказывать о том, что видела?

Рэнсом пожимает плечами.

– Сейчас все будто бы в порядке, но в нашей работе считать, что покой и затишье – это одно и то же, просто охренеть как глупо. Отличный способ себя прикончить.

Я вздрагиваю от того, как небрежно он говорит о смерти. Словно это постоянная и привычная часть его жизни. Учитывая, как они расправились с русским, не моргнув глазом, возможно, так оно и есть.

Я встряхиваюсь и возвращаюсь к насущному вопросу.

– А будет ли вообще покой? Как много времени должно пройти, чтобы вы почувствовали уверенность, что никто больше не ищет ответов?

Когда Рэнсом не отвечает, я перевожу взгляд на него. На его лице мрачное выражение, и оно говорит само за себя. Кажется, ответ очевиден – вечность.

Желудок слегка скручивается, и я пытаюсь подавить подступающую тошноту.

– Итак, – говорит Рэнсом, резко меняя тему. – Как там твои занятия?

Я моргаю.

– Ты реально хочешь знать?

– Да. А что?

– Ничего. Просто удивлена, что тебя это так или иначе волнует.

Он снова пожимает плечами.

– Ну, ты придала такое большое значение оплате за обучение в колледже, вот я и подумал, что это для тебя важно. Ты из тех людей, которые просто обожают учебу или что-то типа того?

Я прикусываю губу, пытаясь придумать, что на это ответить.

– Не сказала бы, – говорю я ему. – Просто это мой шанс изменить свою жизнь к лучшему.

Мгновение спустя я понимаю, что на самом деле не хотела сказать так много. Я могла бы просто ляпнуть что-то вроде: да, я люблю учиться. Но каким-то образом правда просто выплеснулась из меня.

Рэнсом задумчиво кивает.

– Понимаю. Думаю, этого все хотят, так или иначе. Этого хочу и я для своей семьи. Для братьев. – Он криво усмехается. – Хотя, наверное, мы подходим к этому несколько иначе, чем ты. Но я просто хочу, чтобы нам всем жилось лучше, чем было раньше.

– Ага, я тоже.

Я сглатываю, немного встревоженная тем, как хорошо он, кажется, понимает меня.

Мы продолжаем идти, пока не доходим до места, где на обочине дороги в западной части кампуса припаркован мотоцикл. Рэнсом забирается на него, перекидывает ногу через борт и устраивается поудобнее. А затем подмигивает мне с легкой ухмылкой.

– Ну, я поехал. Веди себя хорошо, ангелочек.

Я хмурюсь.

– Погоди-ка. Зачем ты вообще приезжал? Ты так и не сказал. Тебе нужно было мне что-то сказать?

Его сине-зеленые глаза вспыхивают и встречаются с моими, и ухмылка превращается в нечто иное. Нечто не совсем мягкое, но и не такое жесткое.

– Нет. Я просто хотел увидеть тебя.

– Ты все время меня видишь, – отвечаю я, решив использовать этот шанс, чтобы проверить свою маленькую теорию о том, что они все еще наблюдают за мной.

Он улыбается, и что-то в выражении его лица подтверждает – я была права. Даже если я не видела их несколько недель, это не значит, что их не было рядом.

– Хорошая мысль. Наверное, я просто хотел, чтобы ты увидела меня, – тихо произносит он.

Затем он заводит мотоцикл, бросая на меня последний взгляд, и уезжает.

Секунду я лишь смотрю ему вслед, пока он отъезжает от здания и плавно катит по дороге. Я в шоке от его ответа. Какого черта это вообще значит?

Он пытался запугать меня так же, как Мэлис, заявившийся в мой кампус? Нет, не так. Рэнсом будто бы просто пришел… поговорить со мной.

Но почему? В этом нет никакого гребаного смысла.

По улице проезжает такси, вероятно, высматривая студентов, которые только что вышли с занятий, и, прежде чем успеваю одуматься, я поднимаю руку, останавливая машину. Я понятия не имею, что делаю, но все же даю указания водителю, говоря ему ехать в том направлении, куда поехал Рэнсом.

У него преимущество, так что мы едем почти минуту, не замечая его, но потом сворачиваем на новую улицу, и я вижу впереди мотоцикл.

– Следуйте за тем мотоциклом, – торопливо говорю я водителю, чувствуя себя немного не в своей тарелке.

Он оглядывается на меня через плечо, и его брови приподнимаются до линии роста волос.