Запутанная игра полностью

Он убил бы меня за секунду при нашей первой встрече, если бы не вмешался Рэнсом. Если бы я хоть подумала переступить черту и выдать их, он бы выследил меня и заставил заплатить за проступок, и, вероятно, даже не постыдился бы этого.

Мэлис без колебаний совершает плохие поступки, когда это необходимо, и делает это яростно и жестоко.

Но в то же время, это еще не все, что в нем есть.

Я видела небольшие проблески другого Мэлиса, несмотря на весь этот звериный гнев. И ярость. Он делал многое, чтобы помочь и защитить меня – даже ценой вещей, которые были ему нужны. Как, например, сегодня, когда он напал на члена банды, с которой они хотели заключить сделку только потому, что тот дотронулся до меня и сказал что-то жуткое.

Я долго прокручиваю все это в голове, молча размышляя.

– Ты прав. Может, ты и не рыцарь, – шепчу я наконец. – Но… может, мне и не нужен рыцарь. Может, я хочу чего-то темного.

До той ужасной вечеринки братства я бы подумала, что Колин как раз из тех самых рыцарей. Мне казалось, он простой и приятный человек, безобидный, на которого я могу положиться. Считала, что он не причинит мне вреда. Но, в конце концов, он оказался хуже, чем Мэлис, который с самого начала не скрывал своей сути.

Мои слова оказывают мгновенный эффект, и Мэлис вскидывает голову. Резко смотрит на меня, ставит бокал и плавным движением поднимается со скамейки. Затем он направляется ко мне – его длинные мускулистые ноги мощными шагами сокращают расстояние между нами. Я застываю как статуя, когда он останавливается менее чем в футе от меня, и почти беспомощно гляжу на него снизу вверх.

Все в Мэлисе такое грубое и первобытное. Он заполняет пространство комнаты своим доминирующим присутствием, из-за чего становится трудно дышать или сосредоточиться на чем-либо, кроме него и того, как близко он находится.

Мэлис берет меня за подбородок и чуть приподнимает мое лицо. Я чувствую шершавые мозоли на его пальцах. Он намного выше меня, но когда он опускает голову, наши лица оказываются так близко друг к другу, что его дыхание овевает мою кожу, и я чувствую исходящий от него запах виски. Я не двигаюсь, едва дышу, глядя на него исподлобья, в то время как напряжение растет и заполняет крошечное пространство между нами.

– Будь осторожна в своих желаниях, солнышко, – бормочет он. – Ты говоришь, что хочешь кого-то темного, но не думаю, что ты реально понимаешь, что это значит. Я мог бы так легко сломать тебя. Уничтожить тебя.

Это определенно не первый раз, когда Мэлис угрожает мне, и, вероятно, не последний. Но этот случай… отличается от предыдущих.

Это не угроза убийства, как было в прошлом. Не угроза того, что случится, если я перейду границы и сдам их, или откажусь делать все, что он скажет.

Это угроза, от которой мои соски твердеют, а кожу покалывает.

Угроза, которая звучит так, будто заключает в себе нечто гораздо более глубокое.

Угроза того, что случилось бы, заяви он на меня права.

Я едва могу дышать, у меня кружится голова. Все, что я ощущаю, – это бешеный стук сердца и жар, разливающийся внизу живота, пока он буравит меня взглядом, и я отвечаю ему тем же, захваченная его телом и взглядом.

Мэлис, вероятно, и правда уничтожил бы меня, если бы заполучил мое тело.

Но я, похоже, этого и хочу, поскольку выгибаю шею и отклоняю голову назад, тем самым сокращая расстояние между нашими лицами. Меня тянет к нему. Как и всегда.

Мэлис движется почти в тот же момент, что и я. Его голова опускается ниже, пальцы слегка впиваются в мой подбородок, и он глубоко целует меня, почти пожирает, точно пламя, вырвавшееся на свободу. Он будто бы хочет полностью поглотить меня своим горячим, настойчивым ртом. В его движениях нет нежности, сильная рука почти до боли удерживает меня на месте.

Я в ловушке между ним и дверью, мне некуда бежать, негде спрятаться от переполняющих меня чувств.

И это лишь поцелуй.

На что же было бы похоже кое-что более интимное?

Этот поцелуй словно похищает душу, и я не могу сопротивляться тому, что делает со мной горячее прикосновение его губ. Я утопаю в нем, целуя его в ответ. И всякий раз, когда мы возвращаемся за новой дозой, наши губы сталкиваются, сливаются в едином порыве.

Мэлис сильнее теснит меня к двери, его тело крепко прижимается к моему. Я чувствую каждую точку нашего соприкосновения, точно обжигающий огонь, что клеймит меня. Кипящий жар заставляет мозг вопить: «Отступи!», ведь он убежден, что меня вот-вот поглотят, пусть мое тело и жаждет нырнуть с головой в это пламя.

Мэлис прикусывает мою нижнюю губу, так сильно, что выступает кровь, но это нисколько не замедляет поцелуй. Он втягивает мою губу в рот, проводя по ней языком. Наверное, он чувствует ее металлический привкус. Движения его языка вовсе не успокаивающие и не нежные, а ужасно ненасытные и всепоглощающие, и это разжигает в моих венах еще больше огня. Все эти чувства, эмоции бушуют во мне, словно смерч.

Я слышу тихий прерывистый стон, и мгновение спустя понимаю, что он исходит от меня.