Я больше не могу произносить полноценные предложения, настолько я под гнетом наслаждения. Оно переполняет меня, разгорается внизу живота и выплескивается наружу, перекрывая все остальное.
– Кончишь для меня, детка? – спрашивает Рэнсом, когда его пальцы снова находят мой набухший клитор.
Я бешено киваю, не в силах вымолвить ни слова.
– Хорошо. – Его голос становится еще ниже. – Тогда открой глаза. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня, пока кончаешь.
Я распахиваю глаза и сразу же нахожу его лицо. Его радужки цвета морской волны потемнели от желания, и он пристально смотрит на меня, словно пытается запомнить этот момент.
Когда я смотрю вниз на свое тело, то вижу, как его рука исчезает под поясом моих штанов, и от этого зрелища все кажется еще более реальным. Я почти непроизвольно смотрю в угол комнаты, просто чтобы убедиться, что призрачные взгляды, которые я ощущала на себе, действительно существовали только у меня в голове.
Рядом никого нет. Рэнсом легонько щелкает по клитору, посылая по мне волну ощущений и возвращая мое внимание к нему. И тут я, наконец, кончаю. Внутри меня взрывается оргазм, эйфория охватывает все мои конечности, вплоть до пальцев рук и ног.
– Охрененно красиво, – выдыхает Рэнсом.
Он ни на секунду не отводит взгляда, упиваясь моим видом, пока я извиваюсь и трясусь на кровати, кончая с судорожными вздохами и тихими вскриками.
Это чертовски приятно. Рэнсом продлевает наслаждение, все еще трогая меня, отчего мне кажется, что оргазм длится дольше, чем тогда, когда я мастурбировала самостоятельно. На несколько долгих мгновений я забываю, как дышать. Перед глазами все расплывается, пока мне не удается сделать глубокий, резкий вдох.
Когда я наконец обмякаю и падаю на кровать, Рэнсом вытаскивает пальцы из моих брюк. Затем облизывает их один за другим, не отрывая от меня взгляда.
– М-м-м, – мурлычет он, и его губы изгибаются в улыбке. – Я знал, что на вкус ты такая же сладкая, как и на вид. Терпкая, как вишневый пирог, и шелковистая, как сливки. Чертовски вкусная.
Когда он это говорит, мои щеки краснеют еще сильнее, а сердце грозится выпрыгнуть из груди. Я смотрю на него, не в силах отвести взгляд.
И когда по телу проносится еще один импульс наслаждения, я понимаю, что раньше ошибалась.
Я не просто падаю в кроличью нору.
Я уже на самом дне, гораздо глубже, чем собиралась упасть.
Проходит еще несколько дней, а Уиллоу все еще с нами.
Я работаю над тем, чтобы включить ее в свой распорядок дня и привычки, а это… странно. Я не привык меняться, и мне это не нравится. Я предпочитаю, чтобы все шло так, как было всегда, когда мне не нужно даже думать о том, чтобы поддерживать порядок, поскольку весь день четко отлажен.
Но с приходом Уиллоу мне пришлось вносить коррективы в то, что я обычно делал.
Вдобавок ко всему, Итан и его банда вымещают на нас свой гнев, приказывая своим союзникам не привозить нам угнанные машины и найти другую автомастерскую. Полный бардак. Я знал, что так и будет, но предоставляю братьям самим разбираться с последствиями этого инцидента.
Я слишком занят, пытаясь найти информацию о человеке, который допрашивал Карла. Я все еще ищу какое-нибудь совпадение по распознаванию лица этого парня, и с каждым днем, который проходит без результатов, мое раздражение растет.
Мне не по душе, когда проблемы трудно решаются, но еще больше меня бесит, когда людей, которые мне нужны, сложно отыскать. Все происходящее выбивает меня из колеи и выводит из себя.
Однажды днем, прогуливаясь по дому, я прохожу мимо гаража, в котором замечаю Рэнсома и Уиллоу. Он рассказывает ей о машинах, и, похоже, она заинтересована. Больше, чем я мог бы ожидать от девушки вроде нее. В голове возникает вопрос – ей действительно нравятся машины или же присутствие Рэнсома рядом?
Смотря на них, я не могу понять, как ответить на этот вопрос. Они непринужденно беседуют, склонив головы над машиной с поднятым капотом, их плечи соприкасаются. Рэнсом указывает на что-то под капотом, пускаясь в объяснения, и Уиллоу, похоже, жаждет получить информацию, потому кивает и задает уточняющий вопрос, который вызывает у моего брата улыбку. Он слегка подталкивает ее в плечо, а затем берет за руку, направляя ее к той части автомобиля, о которой идет речь.
Уиллоу не отстраняется и не увеличивает дистанцию между ними. Она наклоняется ближе, серьезно кивает и выглядит совершенно непринужденно. В этом есть что-то уютное и интимное, они оба наслаждаются обществом друг друга, разговаривают как старые друзья.
У меня никогда не ладилось с людьми, и я тщательно охраняю свое личное пространство. С братьями все по-другому, с ними я чувствую себя комфортно, и они знают меня достаточно хорошо, чтобы понимать мое настроение. Но я не провожу время с посторонними, и раньше мне этого никогда не хотелось.
Но сейчас я не могу выбросить эту мысль из головы.
