У меня перехватило дыхание. Я никогда не видела ничего подобного. Ее дом был одним из тех многих коттеджей с соломенными крышами, разбросанных по покатистым зеленым холмам. Все эти дома выглядели так, словно были сделаны из природных материалов, поэтому xорошо вписывались в окружающую тропическую зелень. Некоторые соединялись ручейками. Бурлящиe водопады, ниспадающие водные потоки и щебетание птиц создавали невероятное звуковое дополнениe для потрясающей картины, окружающей нас.
— Добро пожаловать в наш мир, — сказала она. — Ты смотришь на скрытый остров Солиса. Дом почти для сотни водных жителей, он недоступен людям, его невозможно найти с помощью радара или спутника и невозможно увидеть невооруженным глазом.
— Как такое может быть? — удивилась я. Лазурная голубизна неба выглядела скучной по сравнению с мерцающими изумрудными горами.
— После того, как мы поняли, что застряли здесь надолго, Фиалки распространили по всему острову защитное заклинание. Если бы люди обнаружили это место, мы бы стали их следующим большим экспериментальным исследованием. Морских жителей считают мифом, ты знаешь?
Хотелось бы мне, чтобы они были мифом.
— Что ты имеешь в виду под словами «застряли здесь»?
— Врата между нашим миром и этим были закрыты много лет назад. У нас нет способа вернуться домой, поэтому мы вынуждены приспосабливаться.
— Этот мир не твой дом?
— Боже, нет. Это место такое унылое по сравнению с Рате. Наш народ бывал здесь, потому что мог общаться с людьми, ездить по городам и открывать для себя что-то новое. Это мир был для нас чем-то вроде игровой площадки, но мы никогда не оставались здесь больше чем на несколько дней за раз. Потом врата закрылись, и с тех пор мы здесь, как в ловушке.
— Рате? Какое ужасное название. Звучит, как жуткий.
— Большей ошибки вы никогда не совершали. Рате значит место цветения и созревания, — она провела своими бледными пальцами по перилам веранды. — Мы скучаем по нашему миру, особенно по родным и близким, оставшимся там.
— Ты не можешь позвонить, отправить письмо или еще что-нибудь?
Она не смеялась над моей непредусмотрительностью, которая звучала, как нелепый вопрос.
— У нас нет возможности связаться с ними.
— Врата снова откроются когда-нибудь?
Она прикусила губу. Ее белые зубы на лаймово-зеленом фоне напомнили мне кусочек яблока от Бабушки Смит.
— Мы очень, очень надеемся на это.
Странным образом я чувствовала, будто могла быть с этим связана. Много раз я задавалась вопросом, все ли хорошо с моими родителями на той стороне, стороне, к которой у меня не было доступа. Это было чувство одиночества.
— Почему врата закрылись?
— Ответ прост: не сдержали обещание, данное горгонам, поэтому они наложили ужасное заклятье и закрыли ворота до тех пор, пока мы не найдем способ отплатить им.
Ответы порождали лишь больше вопросов:
— Горгоны существуют?
— Слышала когда-нибудь о Медузе?
— Конечно. Одна из дочерей Форкиса и Кето. Бесподобно красивая, но превращалась в монстра.
Она была на одной из дорогих деревянных панелей, которые висели в доме моего дяди.
— Прекрасно. В конце концов, ты знаешь больше, чем то, что «у нее вместо волос были змеи». Медуза была ужасно странной, но если бы не она, никого бы из нас не существовало. Она играла главную роль в создании большинства морских существ. Ты знала это?
Мой ответ, должно быть, был написан у меня на лице, потому что она продолжила прежде, чем я смогла заговорить:
— Многие считают горгон богами, свойственными нам. Это спорный вопрос, но они, несомненно, могущественны. Обычно они наблюдали за нами, но после того, как Медузу убили, они больше не могли этого делать. И слава Богу, потому что они злятся, они могут превратить нашу жизнь в ад. Они не очень-то любят прощать.
— Звучит так, будто они монстры.
Она шутливо толкнула меня плечом:
— Мы все монстры.
— Говори за себя.
— Ну, хорошо, похожи на монстров, у Горгон все же есть душа и чувства. «Красота», моя любимая поэма, написана прапраправнучкой Медузы. Она Горгона, это очевидно, но она унаследовала от Медузы энтузиазм и позитивность. «Под маской трагедии порой скрыта красота». Я читаю эти слова каждое утро. Они дают мне надежду.
— Надежду на что?
Коралин устремила взгляд на водопад вдалеке. Ее глаза потускнели от приходящей печали.
— На мир, где нет нас против них, на место, где все мы можем снова существовать мирно. Но больше всего оно напоминает мне о любви. Плевать на правила, к черту последствия и просто любить. Любить, пока любовь не убьет тебя, потому что нет ничего лучше, за что стоит умереть.
Мы обе стояли тихо, слушая птиц и воду вокруг нас. Потом она бросила на меня косой взгляд, словно ждала, что я скажу.
— Любовь. Ты права, — поддержала я, надеясь, что это смягчит ее боль.
— Ох, я совсем забыла, — она спустилась вниз по ступенькам на лужайку и пропела мелодию без слов. Когда вдалеке отозвался похожий звук, она развернулась и засунула свои руки в карманы юбки. — Кая скоро будет здесь. Она вестник. Я отправлю ее к Трейгану, сказать, что ты в порядке.
— Мне нужно поговорить с ним лично.
— Тебе необходимо начать обучение.
