У администратора я уточнила, где находиться кабинет главврача, – половина проходов была заблокирована, полицейские выводили людей из больницы, – услышав мою фамилию, девушка за стойкой сообщила, что меня уже ждут, сказала, куда мне идти, и посоветовала поторопиться, покосившись на людей в форме. Медлить я не стала, тем более что и самой хотелось поскорее покинуть это место, и решительно направилась к главному врачу; благо, его кабинет временно перенесли в это крыло и на первый этаж. Пока я шла, мимо меня периодически пролетали врачи и медсестры; пациентов, судя по всему, в этой стороне не было. Когда, чуть меня не сбив, из-за угла показалась встревоженная медсестра, а вместе с ней еще какой-то полицейский, я на секунду перепугалась. Те быстро пробежали по коридору и свернули за угол, оставив меня в некоторой озадаченности. Я подумала сначала, что все услышанное не байки, и что-то действительно происходит, раз уж в больнице находится защитник правопорядка. Но потом возникла мысль о возможности ранения одного из полицейских и привоза его в больницу. Хотя это не объясняло скопление военных за зданием больницы.
Коридор. Куча закрытых дверей, лестницы, ведущие наверх… И вот уже и кабинет того, кто мне нужен. Выдохнула, выпуская волнение. Постучала. Открыла дверь, делая осторожный шаг.
Мужчина, лет сорока, убирал бумаги в небольшой сейф, стоящий у его стола.
– Можно? – я тихо прикрыла дверь за собой. Врач обернулся, поправляя квадратные очки в аккуратной оправе и быстро закрывая дверцу сейфа, – доктор Гивори, если не ошибаюсь?
– Доброго утра, – кивнул он, бросая ключ на стол и усаживаясь в высокое кожаное кресло, – чем могу быть полезен? – мужчина указал на стул у стола, а я в этот момент обратила внимание на его руку: ладонь была перебинтована, а сам бинт уже поалел от крови
– Спасибо, – я быстро прошла вперед и осторожно опустилась в кресло, под пристальным взглядом мужчины. Затем изящно достала из кармана одну из последних визиток и протянула ее доктору, – Штефани Шайер, журналист. Я бы хотела задать Вам пару вопросов.
Мужчина кивнул и внимательно изучил визитную карточку, о чем-то напряженно думая. Большие часы на стене громко цокали, с улицы через открытое окно доносились обрывки чьего-то разговора.
– Я описывали Вас несколько иначе. Впрочем, это не играет роли, – он небрежно отбросил визитку, пока я испытующе изучала интерьер кабинета. – Врачебная этика не позволяет мне разглашать тайны моих пациентов, – сухо заметил Гивори, – я надеюсь, Вы помните это.
– О, безусловно! – я улыбнулась, посмотрев на него, – не переживайте, мне нет дела до конкретных личностей. Я прибыла к вам совершенно по иному вопросу.
– Я помню,– мужчина издал короткий смешок, – к сожалению, с утра меня оповестили о том, что все материалы о вспышке неизвестного нам заболевания не должны предаваться огласке, – он бросил короткий взгляд сначала в угол кабинета, где я увидела небольшую камеру, на которой горел зеленый индикатор, а затем на сейф, и этого было достаточно, чтобы понять, что именно хранится под замком. – Как вы понимаете, это была далеко не просьба, а разглашение будет иметь серьезные последствия, – он на секунду замолчал. Затем сказал якобы разочаровано, но глаза его выдавали важность этих слов. – Хочу Вас разочаровать, кроме прежне уже озвученных гипотез и предположений Вы не узнаете нечего.
Значит, инциденты действительно имели место быть, а сумасшествие пациентов – не байки и страшилки, а вполне реальная вспышка какого-то заболевания. Плюс, по ответу Гивори было легко догадаться: во-первых, я не первая, кто старался разузнать, в чем, собственно, дело. Во-вторых, правительственные глаза и уши не дремлют и здесь, силясь избежать утечки информации. А значит, здесь действительно
Но я закусила щеку, цокнув, пытаясь показать, что подобный ответ меня не устраивал.
– Неужели Вы полагаете, что я буду разглашать имя моего информатора? Доктор Гивори, в стране паника, которая вскоре может перерасти в хаос. Разве нам нужен еще один сценарий юго-западных территорий? Люди напуганы. Слухи об эпидемии раздаются в каждом углу. Людям нужны хотя бы какие-то конкретные ответы, а не обрывки чужих сплетен. Если Вы что-то знаете, это ведь шанс
