– Безопаснее всего на Юный остров, – сказал Вергерин, потягивая вино. Затем скривился и заглянул в стакан. – Откуда он такое берет?
Поулин подавил смех.
– У него вообще нет вкуса. Неужели вам и вправду нравится идея высадить вашего племянника на вулканический остров с действующим вулканом?
– Он достаточно изворотлив, так что переживет и это. А Надона остается?
– Дети еще маленькие, но вы имеете полное право выслать ее куда-нибудь в медвежий угол и самому заняться образованием и воспитанием ее детей.
Вергерин содрогнулся от отвращения.
– Но вы же сами понимаете, что в них еще осталось что-то хорошее, – великодушно сказал Поулин
– В отпрысках Чокина и Надоны? Вот уж вряд ли – Вергерин встал и подошел к бюро, где должны были храниться записи холда. Уже взявшись за дверцу он повернулся к Поулину. – Мне прямо сейчас приниматься за дело? Или ждать решения Конклава?
– Поскольку мы не знали, удалось ли вам избежать когтей Чокина, мы решили дать попробовать способной молодежи навести тут порядок. Но вы больше знаете об этом холде, чем они, – так, может быть, возьметесь ими руководить?
Вергерин вздохнул и облегченно улыбнулся, просветлев.
– Именно потому, что я хорошо осведомлен о состоянии этого холда и деморализованности его обитателей, мне очень понадобится помощь. Любая. – Он покачал головой. – Не могу сказать, что мой покойный брат был лучшим лордом-холдером Перна, но в пренебрежении долгом его уж никак нельзя было обвинить, и он никогда не заявил бы, как Чокин, что Нити не вернутся. Чокин ведь главным образом боялся, что это помешает ему получать доход от азартных игр.
В дверь вежливо постучали, Поулин отозвался, я в дверь просунула голову Ирена.
– Мы заставили кухонную прислугу приготовить кое-какую еду. Не могу гарантировать ничего, кроме того, что кла горячий, а хлеб свежий.
Вергерин посмотрел на себя.
– Вряд ли я смогу заставить себя сесть за стол раньше, чем вымоюсь.
Ирена усмехнулась.
– Я уже позаботилась об этом. И ванна, и ваша комната готовы. Даже кое-какая свежая одежда нашлась.
– Свежий хлеб и горячий кла – это сущее наслаждение! – сказал Поулин, предлагая Вергерину выйти первым.
– Нет, лорд-холдер, после вас, – вежливо отказался Вергерин.
– Я сразу же за вами, да и вы скоро станете лордом-холдером…
– А я и не подозревал, что от меня так воняет, – со скорбным видом покачал головой Вергерин и вышел первым.
«Он смотрит по сторонам, словно оценивает состояние холда», – заметил Поулин. Вергерин вдруг так резко остановился, что Поулин чуть не врезался в него. Показав на внутреннюю стену, на которой висел ярко освещенный портрет Чокина работы Иантайна, дядя недоверчиво уставился на него, расширив от удивления глаза.
– Но мой племянник… он же никогда так не выглядел! – с трудом, сквозь смех промолвил он.
Поулин тоже хмыкнул, впервые как следует рассмотрев изображение.
– Сдается мне, что художнику пришлось… ммм… поработать некоторое время, чтобы написать… а-а-а… удовлетворительный портрет вашего племянничка.
– Было бы над чем трудиться… но я не могу оставить его здесь! – воскликнул он. – Это… это же…
– Смехотворно? – подсказал Поулин. Бедняга Иантайн, как же ему пришлось наступать себе на горло, чтобы сотворить
– Для новичка сойдет.
Поулин наклонился поближе к Вергерину, стараясь не дышать, поскольку в тепле главного зала от Вергерина еще сильнее воняло навозом.
– Думаю, если вы уберете его с глаз подальше, художник не слишком огорчится.
– Может, он перепишет его с большим сходством? – спросил Вергерин. – Он будет мне напоминать о глупой моей молодости, а равно и о том, как не надо управлять холдом.
– Иантайн здесь. Он помог нам проникнуть внутрь Можете сами его спросить.
– После того, как вымоюсь, – сказал Вергерин и пошел дальше по лестнице, чтобы принять ванну.
Из всех крупных холдов привезли младших наследников, готовых к трудной работе и соответственно экипированных. Если кто из них и был разочарован тем, что Вергерин объявился, – виду не подавал, что было только к лучшему. К тому времени, как накрыли сытный завтрак, Вергерин успел переговорить со всеми восемью молодыми мужчинами и женщинами и распределить обязанности.
Ирена отрядила в распоряжение Вергерина крыло бенденских всадников, чтобы тот разослал их в крупнейшие имения Битры и сообщил, что Чокин низложен и сослан.
К тому времени вернулся и М'шалл.
– Я высадил его на Тридцать втором острове. Запомните это для записей. Очень приятное местечко. Жаль, что досталось оно ему.
– Сложности были? – спросил Поулин.
М'шалл удивленно посмотрел на него, расстегивая летную куртку.
– Это после того как Бастом ему такого тумака-то отвесил? Да он еще в сознание не пришел, когда я его выгружал. Рядом с ручьем. – Он скривился. – Надо было сунуть его в воду. На своей шкуре тогда испытал бы, каково было тем, кого он держал в своем «холодильнике».
В середине утра дела оказались под полным контролем Вергерина, и члены Конклава решили, что могут покинуть Битра-холд.
Иантайн напросился лететь с К'вином и захватил с собой портрет Чокина.
