– Да, в одной из ступеней. – Вергерин хмыкнул. – Чокин, наверное, забыл, что я знаю об этом тайнике. Это оказалось неоценимой поддержкой – я и незаконные налоги людям вернул, и запасов прикупил. Чокин только одну вещь делал как надо – вел записи. И я точно знаю, сколько он вытряс из своих людей.
Джемсон осторожно прокашлялся.
– Да, именно так, лорд Джемсон, – сказал Вергерин. – У них в кладовках запасов на зиму не хватит, что уж говорить о подготовке к Прохождению. Я до сих пор выгребаю лишнее из закромов Чокина. – Он невесело рассмеялся. – Чокин все пятьдесят лет Прохождения мог бы просидеть, не вылезая из холда, на своих запасах. А вот его люди и года не протянули бы, кроме тех, кто сумел сохранить что-то для посева. Битру построили уже после окончания Первого Прохождения, тут гидропонных навесов нет, хотя контейнеры внизу есть.
Джемсон снова хрюкнул.
– А игры? Вы их прикрыли?
– И тут, и везде, – сказал Вергерин. чуть покраснев – Я не прикасался к костям или картам с той самой приснопамятной игры с Чокином.
– А его игроки?
Вергерин мрачно усмехнулся.
– У них был выбор – подписать со мной новый контракт, поскольку старый я учитывать не стану, или идти на все четыре стороны. Мало кто ушел.
С'нан выдавил хриплый смешок.
– А кто бы ушел, рискуя оказаться под открытым небом во время Падения? Вы верно поступили, Вергерин. – Он согласно кивнул.
– У вас появился второй шанс, Вергерин, – наставительно поднял палец Джемсон. – Постарайтесь не упустить такую удачу. – Он допил бульон и встал. – С вашего позволения мы отправимся на краткую инспекцию холдов.
– Конечно. – Вергерин торопливо встал, отодвигая кресло. – Верхом…
– Нет-нет, – отмахнулся Джемсон. – Не надо нас сопровождать. Лучше, если мы будем одни.
– Джемсон! – начал Поулин, поскольку лорд Плоскогорья повел себя на редкость невежливо.
– Конечно, как пожелаете. – Вергерин знаком попросил их остановиться у карты и показал направления. – Мы сумели провести неотложный ремонт всех холдов, не слишком далеко отстоящих от главных дорог. А вот этим, в горах, придется подождать помощи. Не могу злоупотреблять щедростью Бенден-Вейра, хотя М'шалл куда более отзывчив, чем я думал.
– Эта отзывчивость ему выгодна, – жестко сказал С'нан, не упустив возможности уколоть предводителя Вейра.
Джемсон открыл было дверь в холл и резко остановился, увидев противоположную стену, так что Поулин чуть не врезался в него. Джемсон пробормотал что невнятное и, ткнув в стену, обернулся к Вергерину.
– Какого черта вы повесили этот портрет здесь? – спросил он, кипя от ярости.
Поулин и С'нан заглянули в проем, и Поулин не сумел удержаться от смеха.
– Когда же Иантайн успел… переписать его? – спросил он широко улыбавшегося Вергерина.
– Вчера получил. – Вергерин пересек зал и остановился рядом с портретом. – Сходство сейчас поразительное.
На мгновение повисло молчание. Все смотрели на портрет, который теперь совершенно честно изображал прежнего владельца Битра-холда с его близко посаженными глазками, дурным цветом лица, редкими волосишками и бородавкой на подбородке.
С'нан фыркнул.
– И зачем вы поместили сюда его физиономию, лорд Вергерин?
– Во-первых, чтобы помнить о том, как не надо управлять Битрой, и, во-вторых, потому, что традиция такая – вывешивать портреты прежних лордов-холдеров. – Он показал на лестницу, на стене вдоль нее висели портреты прежних владельцев холда.
Джемсон несколько раз хмыкнул.
– А Чокин? Как он поживает?
Поулин пожал плечами и посмотрел на С'нана.
– Ему дали все, что ему нужно, – сказал предводитель Вейра. – Незачем злить его в изгнании дальнейшими контактами.
– А его дети? – спросил Джемсон, холодно сверкнув глазами.
Вергерин усмехнулся.
– Здоровье у них стало получше, то же самое с благополучием и самодисциплиной.
– Последнего им очень не хватает, – сказал Поулин.
– Вы удивитесь, лорд Поулин, – лукаво улыбнулся Вергерин.
– Как-нибудь переживу.
– Как ветку согнут, так она и растет, – благочестиво проговорил Джемсон.
– Туда, – показал Вергерин, приложив палец к губам.
Он провел их по коридору, туда, где прежде, как помнил Поулин, была игровая комната. Они услышали приглушенное пение – Поулин тут же узнал одну из последних мелодий Колледжа. Подойдя поближе, они услышали последние слова «Баллады о долге».
Вергерин осторожно приоткрыл дверь в неузнаваемо изменившуюся комнату. Ученики – их оказалось намного больше, чем Поулин ожидал, – сидели спиной к дверям. Учитель – Поулин с удивлением узнал в нем Иссони – кивнул в знак приветствия, продолжая отбивать такт.
Детские голоса – даже тех, кто не умел держать мелодию, – звучали очень трогательно. Возможно, из-за невинности и простодушия, с которыми они пели песню. Даже Джемсон заулыбался, но ведь пели они сейчас как раз об ответственности лорда-холдера.
– А которые из битранского рода? – шепотом спросил Поулин Вергерина.
