Улыбка Домма погасла, его взгляд нервно заметался между Тре и следопытом. Бандит улыбнулся, признавая поражение. Его гнев улетучился, и Ланори подумала, действительно ли он скорбит из-за гибели отца. Может, это просто удобный предлог для ненависти?
— Дай мне подняться, — попросил Домм.
— Нет.
— Мне нужно встать и…
— Нет, — повторила Ланори. — Ты встанешь и прислонишься к буфету, симулируя слабость. Затем попытаешься отвлечь нас и достать бластер, который лежит под верхней столешницей. Быть может, даже сумеешь разок выстрелить. Но затем я убью тебя, что доставит мне неудобство. Поэтому — нет, я не позволю тебе встать. А теперь я буду давить на меч, пока ты не скажешь нам, где найти Максхагена.
Домм вытаращил глаза, услышав о своих намерениях, вынутых из его собственной головы.
Дже'дайи улыбнулась:
— И если бы ты мог читать мои мысли, понял бы, что я говорю правду.
Она склонилась к мечу, клинок надавил на широкий шрам на горле забрака. Разрезал кожу. Потекла кровь.
— Шестой округ, — прохрипел Домм. — Рынок. У него там ларек… торгует… привозной водой.
Ланори нахмурилась, но не ощутила в словах забрака лжи.
— Прячется на виду, — заметил Тре. — Я думаю, он говорит правду.
— Так и есть, — подтвердила Ланори и ослабила давление клинка.
— Лучше убей его, — посоветовал Тре спокойным и ровным тоном.
— Убить?
— Он знает, что ты дже'дайи. Знает, что мы здесь. А мы и без того в невыгодном положении. Стоит ему шепнуть про нас хоть кому-нибудь в Лесном городе — всё, мы в опасности.
Ланори не отводила взгляда от бандита, лежащего под ее мечом. Этот клинок вонзался в плоть многих существ, но все они в тот момент сражались с ней. Сбить пилотов было необходимо, хотя их гибель причинила девушке боль. У нее не водилось привычки убивать ради убийства.
— Есть другой способ, — решила она. Следопыт убрала меч и уселась Домму на грудь. Тот не шевелился; казалось, бандит учуял, что это еще не конец.
— У нас нет времени! — воскликнул Тре.
— Это недолго.
Ланори успокоилась и собрала Силу, мысленно увидела лицо мастера Дэм-Паул и услышала ее голос. «Некоторых беспокоит то, в чем мы с тобой превзошли других, однако они не осознают истинного потенциала. Поддерживай контроль, храни внутреннее равновесие, и это умение сослужит тебе хорошую службу».
Ланори ощутила, как мощь Силы волнуется и течет внутри и вокруг нее, олицетворяемая Ашлой и Боганом, их притяжение и отталкивание находятся в абсолютном равновесии, а Ланори меж них — невесомая, безупречная. По ее воле с пола поднялись мельчайшие частицы кожи, она выбрала из них четыре и сделала своими слугами. Концентрируясь на них, увеличивая их в своем сознании и прикасаясь к ним Силой, она погрузила их в распахнутые глаза Домма.
Тот вскрикнул и заморгал, но не смог сдвинуться с места. Его глаза слезились, он зажмурился. Но было уже слишком поздно.
— Я подожду снаружи, — услышала Ланори голос Тре, походивший на голос ребенка, который испугался темноты.
Но ее глаза были закрыты, и она не видела, как он ретировался.
— Сохраняй спокойствие и молчи, — шепнула дже'дайи, сопроводив слова легким толчком Силы, и Домм застыл. Она погрузилась внутрь, зрение затуманилось, зато усилилось осязание — Ланори ощутила, как частички кожи продвигались сквозь глаза пленника в мозг. Она ощутила теплую влажность его внутренностей. Дже'дайи искала, и частички кожи искали; и когда обнаружила нужные участки, остановилась, собираясь с духом и придавая Силе нужный облик. Самая опасная часть. Она ощущала, как надвигается Боган и как сгущается тьма, как равновесие начинает колебаться. Мощь вокруг нее возрастала, и она глубоко дышала, пытаясь отстраниться от пронизывающего ее исступления. Экстаза власти. Упоения тьмой.
Пыль трансформировалась в нужные ей элементы, и Домм начал задыхаться, но ее воля уже была исполнена.
«Сохраняй спокойствие», — подумала Ланори, на этот раз обращаясь к себе. Боган рос и приближался, и она ощущала непреодолимую притягательность тьмы — свободу от всех ограничений, упоение властью.
И тогда она с боем пробилась назад, к точке равновесия. Отречься от Богана невероятно трудно, но в конечном счете дже'дайи одержала победу. Острое чувство потери охватило ее, но исчезло в следующий же миг.
Это — ее талант, как поведала Дэм-Паул. Алхимия плоти — пусть даже микроскопических ее частиц. Преобразование, превращение. Ланори едва сдерживалась, чтобы не возгордиться своими успехами. С самого начала этого задания она не касалась своего эксперимента на корабле, но все же не растратила знаний понапрасну.
Она встала и подошла к двери, которую Тре оставил за собой открытой.
— Готово, — сообщила следопыт.
Тре отозвался с лестничной площадки этажом ниже:
— У тебя было лицо Дэм-Паул. И ее тьма.
— И ее контроль, — добавила девушка. Конечно, Дэм-Паул, должно быть, сделала нечто подобное с Тре. Но Ланори была не против припугнуть его. Испуганный Тре может хорошо послужить ей.
— А… он?
Домм перекатился по полу и попытался встать.
— Какое-то время? — уточнил Тре.
