Я выложил ей все подчистую, все, что знал о моей родословной. Рассказал про Джеймса Беркетта, первого Кровавого Барбера, который перебрался на восток с Дикого Запада, точно первопроходец наоборот, привезя в Нью-Йорк свою звериную сущность. Про Расти Барбера, моего овеянного боевой славой деда, который кончил тем, что вспорол человеку живот в драке из-за мелкой автомобильной аварии в Лоуэлле, штат Массачусетс. И про моего родного отца, Кровавого Билли Барбера, чья тяга к насилию вылилась в чудовищную кровавую оргию в заброшенном доме с участием молодой девушки и ножа. После тридцати четырех лет ожидания на то, чтобы изложить всю эту историю с начала до конца, ушло всего пять или десять минут. Теперь, когда я во всем признался, она показалась мне чем-то настолько незначительным, что невольно задался вопросом, как она могла столько долгих лет лежать на моей душе тяжким грузом. И на мгновение меня охватила уверенность, что и Лори отнесется к ней точно так же.
– Теперь ты знаешь правду о моем происхождении.
Она кивнула с непроницаемым лицом, на котором, однако, начинало проступать разочарование – во мне, в моей истории, в моей нечестности.
– Энди, почему ты никогда мне об этом не рассказывал?
– Потому что это не имело никакого значения. Это не имело отношения ко мне. Я не такой, как они.
– Но ты не верил, что я это пойму.
– Нет. Лори, дело не в этом.
– Ты просто так и не собрался это сделать?
– Нет. Сначала я не хотел, чтобы ты относилась ко мне сквозь призму всего этого. А потом чем дальше, тем менее важным все это казалось. Мы были так… счастливы.
– До момента, когда ты вынужден мне сообщить, потому что у тебя не осталось выбора.
– Лори, я хочу, чтобы ты об этом узнала сейчас, поскольку эта история, скорее всего, так или иначе всплывет в самое ближайшее время – не потому, что все это имеет к нам какое-то реальное отношение, но потому, что подобная грязь всегда всплывает в таких случаях. Все это не имеет никакого отношения к Джейкобу. Или ко мне.
– Ты в этом уверен?
На мгновение я умер. Потом:
– Да, я в этом уверен.
– Настолько уверен, что считал нужным скрывать от меня?
– Нет, это не так.
– Есть еще что-то такое, о чем ты мне не рассказывал?
– Нет.
– Точно?
– Да.
Она сочла эту тему закрытой:
– Ну, ладно.
– «Ладно» – это что? У тебя есть какие-то вопросы? Ты хочешь обсудить?
Лори с укором посмотрела на меня: я спрашивал ее, хочет ли она поговорить. В два часа ночи? Этой ночи?
– Все осталось точно таким же, как было до этого. Это ничего не меняет. Я все тот же самый человек, которого ты знаешь с наших семнадцати лет.
– Ладно. – Она принялась разглядывать сложенные на коленях руки, которые ни на минуту не прекращали движения. – Ты должен был посвятить меня во все раньше, это все, что я могу сейчас сказать. У меня было право знать. У меня было право знать, за кого я выхожу замуж и от кого собираюсь рожать ребенка.
– Ты это и знала. Ты выходила замуж за
– Ты должен был мне рассказать, вот и все. У меня было право знать.
– Если бы я тебе рассказал, ты не вышла бы за меня замуж. Ты даже на свидание бы со мной не пошла.
– Ты не можешь этого знать. Ты не дал мне ни единого шанса.
– Да ну, брось. Ну что, пошла бы ты, если бы я пригласил тебя на свидание, а ты все это знала?
– Я не знаю, что я бы сказала.
– А я знаю.
– Откуда?
– Оттуда, что такие девушки, как ты, не… не связываются с такими парнями. Послушай, давай просто забудем все это.
– С чего ты взял? Откуда тебе известно, что бы я выбрала?
– Ты права, я не мог этого знать. Прости меня. – Наступило временное затишье, и все еще могло быть хорошо. В то мгновение мы еще могли пережить это все и жить дальше. Я встал перед ней на колени и положил руки ей на бедра, на ее теплые ноги. – Лори, прости меня. Я правда очень сожалею о том, что не рассказал тебе. Но теперь я уже не могу это изменить. Сейчас мне необходимо знать, что ты понимаешь: мой дед, мой отец… я – не они. Мне необходимо знать, что ты веришь в это.
– Я верю. Ну, то есть, наверное, верю – разумеется, я верю. Не знаю, Энди, уже поздно. Мне нужно хоть немного поспать. Я не могу сейчас обо всем этом думать. Я слишком устала.
– Лори, ты же меня знаешь. Посмотри на меня. Ты меня знаешь.
Она испытующе посмотрела на меня.
