Рабочий день длился бесконечно долго, и Саймона неоднократно посещали мысли бросить кирку и сдаться. Или же наброситься на своего надзирателя и пробить ему череп? Понятно, что после этого его убьют, но есть ли смысл в такой жизни? Да и отпустят ли их по истечению десятилетнего срока? Он очень в этом сомневался. Да и пережить десять лет в таком режиме, было практически невозможно. С горем пополам он сумел доработать смену и в девять вечера его вывели на улицу.
— Вы хорошо поработали сегодня! — заявил светловолосый мужчина в доспехах. — Но не все, кто-то не справился с задачей и был избавлен от этих тягот. Но те, кто стоит сейчас здесь, вы справились и на один день приблизились к своей свободе!
Он засмеялся вместе с солдатами, которые стояли позади него. Затем он приподнял руку, и все вновь замолчали.
— Я начальник надзирателей, можете обращаться ко мне просто босс. Если у вас есть жалобы на ваших надзирателей и сопровождающих, то вы всегда можете обратиться ко мне, я с радостью вобью эти жалобы вам в задницу, а потом вы сможете продолжить работу.
В толпе надзирателей и наемников, позади него, вновь разразился смех.
— Ладно, на сегодня достаточно. Завтра снова моя смена, увидимся утром. Выше нос! Не вижу энтузиазма в ваших глазах!
Он развернулся и пропал из виду, скрывшись за толпой. Пленных начали разбивать по группам, которыми их приводили, и Саймон обнаружил, что в их группе стало на двоих человек меньше. Их повели обратно по той же дороге, и они едва переставляли ноги. Кевин несколько раз падал от бессилия и другие пленные хоть и с трудом, но поднимали его на ноги, после чего, они снова продолжали идти. Когда их завели в каменную хижину, за ними следом зашли те же пожилые женщины и принесли подносы с едой. Вместо похлебки на этот раз были потроха животных с перловой кашей, а также чистая вода, которой их явно обделили на работе.
— Ну в самом деле, что ж вы так унываете, ребята? — заговорил главный солдат. — Все не так плохо, вы привыкните к таким условиям. Мы люди вообще уникальные твари, привыкаем ко всему.
Ногой он слегка толкнул поддон с едой вперед, но на этот раз, чтобы еда не вылетела из мисок.
— Сегодня тут восемь порций, поделите еще две между собой. Завтра утром будет по одной порции на каждого, так что наедайтесь сегодня. Завтра будет еще тяжелее, так как у вас будут сильно болеть мышцы. Отдыхайте!
Солдаты вышли из хижины и закрыли дверь на несколько железных заслонов и большой замок, после чего ушли о чем-то переговариваясь и смеясь.
— Нам конец… — тихо промолвил один из пленных, закрыл ладонями лицо и заплакал. — Я просто хочу жить, за что мне все это?
— Ты итак живешь, — ответил ему Кевин, который без сил лежал на своей твердой лежанке. — Пока твое сердце бьется ты живешь, а значит у тебя все еще есть шанс изменить свою жизнь к лучшему.
— Не самое удачное время для подбадриваний, — сказал крупный мужчина, смотрящий в окно. — Но в одном я с тобой согласен, нам нужно убираться отсюда, иначе прав уже будет он, и нам действительно придет конец.
Все вместе они сели в круг и приступили к ужину.
— Я с вами ребята, — заговорил Саймон, рассматривая потроха в своей тарелке. — К черту все. Утром я думал, что проще просто сдохнуть, но если я все равно решил опустить руки, то почему бы не рискнуть? Давайте попробуем убраться отсюда.
— Отличный настрой, — ответил Кевин, лениво пережевывая еду. — Я пока не придумал, как нам свалить, у кого-нибудь есть идеи?
— Итак, что мы с вами имеем, — после паузы продолжил Саймон, поставив миску на пол. — Из этой хижины выхода нет, отсюда нам не выбраться.
— Согласен, — ответил крупный мужчина. — Если только мы ни с кем не договоримся, чтобы нас выпустили, но это маловероятно. Кстати меня зовут Джим, до этого мы так и не познакомились.
Ребята представились ему в ответ.
— Когда нас ведут до каменоломни, мы плотно связаны веревками, — подхватил Кевин. — Нас восемь, их шестеро, что думаете?
— Если ты не заметил, то нас уже тоже шестеро, — подметил Джим. — И я оценил ситуацию, шансов у нас нет. На каменоломне очень много надзирателей. Да я могу проломить киркой голову одного из них, в лучшем случае, но потом я труп. Когда мы идем назад, мы в той же ситуации, что и утром.
Саймон обхватил голову руками, обдумывая варианты для их побега.
— Я заметил кое-какую деталь, которая может помочь нам при удачных обстоятельствах, — сказал Саймон, прекратив раздумья. — Когда мы шли обратно, как минимум двое из солдат были пьяны, у одного даже подкашивались ноги. Нам нужно еще понаблюдать за этим, может мы поймаем момент, когда напьются трое или четверо солдат.
— И что мы сделаем? — спросил Кевин с нескрываемой иронией. — С голыми руками нападем на них? Даже учитывая то, что они будут пьяны, я не думаю, что они какие-то деревенщины, которые не владеют оружием. Да и кажется, что их главный всегда начеку.
Саймон громко вздохнул, выразив тем самым свое недовольство его ответом.
