Море бушевало. Сильный ветер играл волнами – пенящиеся, они ударялись о башни и затухали. Небо, покрытое тёмными тучами, извергало гром. Вспышка молнии ненадолго освещала небо, давая возможность полюбоваться штормом.
– Видел. – Разбушевавшееся море заглушало голоса, и Меркуту приходилось кричать.
Дармон оставался спокойным, он не делал усилий при разговоре, его голос был слышен даже при таком шуме.
– Она использует свою силу?
– Нет, она не умеет ею пользоваться, но я дал ей срок ровно месяц, чтобы научиться.
– Что будет потом?
– Мы сразимся, и я проверю, насколько она стала сильнее.
– Если достаточно, то убей её, – хладнокровно сказал Дармон.
– Ты же сказал, что она должна жить не менее полугода. Как же Борис? – Меркут не отрывал взгляд от моря. Его горло от крика заболело, голос начал хрипеть.
– Если она станет сильной, то сила мальчишки увеличится и проявится быстрее, несмотря на то, жива или нет его сестра. Ты понял?
– Да. – Меркут кивнул, ему не хотелось убивать Лину, но страх перед отцом был сильнее.
Дармона насторожил голос Меркута, и он спросил:
– Ты убьёшь её?
– Я не могу проиграть.
Дармон был удовлетворён таким ответом.
– Господин, регуры готовы к бою! – В башню вошёл егень и сразу же упал на колени. Меркут с жалостью посмотрел на него. Дармон ненавидел, когда его отвлекают и входят без предупреждения. Но новость обрадовала его, и он решил не уничтожать егеня.
– Прекрасно! – Его губы расплылись в хищной улыбке.
– Ты отправишь их одних? – спросил Меркут.
Дармон засмеялся:
– Конечно, нет, я отправлю их с отрядом егеней. А во главе их поставлю Петра. Давно хотел посмотреть, как сын воюет против отца. Красивое, наверное, зрелище! Хватит ему точить мечи других. Передай Петру мои указания. Пусть возглавляет войско и нападает на юг Зельгерена!
Егень, пятясь, вышел из башни и спустился по лестнице.
– Но юг – самая сильная из частей Зельгерена, они столько раз отражали наши атаки.
– А ты знаешь какое-либо препятствие для регуров?
Вопрос Дармона Меркут оставил без ответа. Нет, он не знал, кто может победить регуров, также он не знал, как от них можно спастись. Только сильное заклятие могло держать их под контролем, и его знал один Дармон. Он никогда не раскрывал секрета заклятия, лишь вскользь упомянув, что узнал его от одного мага. Мага этого уже нет в живых, поэтому больше никто и не может узнать тайну регуров.
Перед путниками стоял такой же ветхий дом, как и тот, который они покинули два дня назад. До него им частично пришлось добираться пешком через густой лес, ведя за собой лошадей. Дом стоял посреди чащи. Он был перекошен, одна сторона его почти ушла в землю, но это не мешало птицам свить на его крыше гнёзда. В небе над домом всё время кружились птенцы, учившиеся летать и издававшие пронзительные звуки.
Уставшие от долгого путешествия и коротких ночлегов, путники спешились и зашли в дом. Обстановка была самой простой: кровать, стол, печь и полка, на которой стоял железный подсвечник с огарком свечи, вокруг стола размещались пять стульев. В полу был люк, ведущий в подпол. Всё было покрыто пылью, и, зайдя, путники начали чихать.
– Сядьте! – приказал Орланд.
Все подчинились и заняли места вокруг стола.
– С сегодняшнего дня ни слова вслух! Теперь вы будете разговаривать только в мыслях. Того, кто ослушается, ждёт наказание.
– Какое? – Никита не сомневался, что первым ослушавшимся будет именно он.
– Я пока не придумал, но уверяю тебя, оно будет не из самых приятных.
Никита не усомнился в словах Орланда. Глядя на старика, трудно было поверить, что он может кого-либо наказать. Но можно ли было подумать, что он так лихо скачет на лошади, когда по земле идёт, еле передвигая ноги? От него можно ожидать всего.
– Теперь я объясню вам, – старик показал пальцем на Никиту и Лину, – как можно спрятать свои мысли. У вас есть два голоса, но сейчас вы слышите один, только второй редко даёт о себе знать. Первый громкий, его слышите не только вы, но и все остальные, второй же достаточно тихий, чтобы оставаться незаметным, и достаточно внятный, чтобы вы могли его слышать. Отделите его от первого и натренируйте, и тогда вы сможете обманывать противников и оставлять в тайне свои замыслы. Ясно?
Никита и Лина кивнули. Им было ясно, только сказать легко, а сделать гораздо труднее. Они не представляли, как можно натренировать второй голос, когда он почти не слышен. Перед ними маячил ужасный месяц, когда нельзя будет разговаривать, нельзя думать, боясь, что все узнают твои мысли. А как понять, что говорит тебе другой?
«Приступим к обучению!» – пронеслось у всех троих в голове.
«Возьми в руки тряпку и приведи дом в порядок. Можешь, конечно, и починить его, если у тебя будет время. Все инструменты в подполе. В углу стоит корзина, насобираешь грибов, но перед тем, как готовить, дождись меня», – Дмитрий вздрогнул, голос Орланда громко кричал в его голове, хотя сам старик оставался спокойным и равнодушным. Дмитрий встал. Одновременно с ним поднялись и другие.
«Тоже получили задание!» – довольно заметил Дмитрий.
