Впрочем, выплески темной Мишкиной энергии происходили все реже. Да и после слов Петра, а главное, после того, как Мишка вновь становился активным и веселым медвежонком, Нила успокаивалась. До следующего, казавшегося ей опасным, момента.
И все же ее сегодняшнюю жизнь, вероятно, можно было назвать счастливой. Ключевое слово, по сравнению со всем предыдущим существованием – осмысленность.
Ей больше не нужно было объяснять самой себе цель ее жизни.
Несмотря на бешеную загрузку обоих, успевали и развлекаться, и сына развлекать.
Так, неожиданно для себя, тесно сошлись с семейством Береславских.
Не совсем, конечно, по-дружески, поскольку в отношениях присутствовали оказываемые услуги, и деньги, за них выплачиваемые.
Наталья Береславская еще в первый их приезд заметила, как быстро и точно бывший прапорщик устраняет многочисленные мелкие дефекты их быта. Одновременно получая удовольствие, и от результата, и от возможности поработать замечательным инструментом.
Вот она и предложила заезжать раз в неделю, обычно в выходные, брать у нее список подлежащих устранению недоделок, а заодно покайфовать от природы, собак и общения.
Петр Иванович сначала стеснялся профессорскую семью, но когда установил, что в ней работает абсолютно ему понятная система веселых стимулов и подколов, мгновенно освоился и не чувствовал себя не в своей тарелке.
Нилу же беспокоили две вещи.
Ей было неловко приезжать в гости, испытывать радость от приятного общества, а потом еще и брать деньги. Это быстро сняла Наталья. Она, как говорится, на пальцах объяснила, что если деньги уйдут из рассмотрения, то и работать Петру Ивановичу не придется, теперь уже грузить его неловко станет хозяйке.
Вторая причина беспокойства Мишкиной приемной мамы – три огромные собаки в доме.
Надо признать, Береславских это тоже напрягало. Наверное, им было бы даже проще убрать зверюг в другой дом. Но на кратком семейном совете они решили, что для мальчика будет полезнее, если псы останутся, так сказать, в свободном доступе.
В итоге – не без нервов, конечно – все так и вышло.
Мальчишка почти мгновенно стал своим в стае. Главная в собачьей банде – одиннадцатилетняя старушка Марта, приемная мамаша гиганта-чемпиона Крона – даже вылизывала ему щеки, когда Мишка плюхался в глубокий снег.
Похоже, испуг Нилы на этот счет был не обоснован. Пацан давно уже не голодал, и не стал бы проявлять агрессию к псам. А в тех, в свою очередь, в течении чуть ли не двухсот поколений – то есть, на генетическом уровне – развивали нежные чувства к человечьим детенышам. Причем делали это самым жестким и надежным способом – неестественной, зато быстрой, селекцией. Злые, агрессивные или, наоборот, трусливые щенки попросту уничтожались.
Конечно, название породы – не панацея. Особенно когда щенок стоит полторы тысячи евро. Кто ж их добровольно уничтожит? Да даже и не в плане денег, не так-то легко современному городскому человеку лишить жизни беззащитного собачьего детеныша.
Так что даже в самой хорошей породе можно нарваться на что угодно. Чтобы этого не произошло, нужно всего-то ничего. Сначала внимательнейшим образом изучить родителей будущего любимца и, прежде всего, их рабочие качества (к сожалению, большинство покупателей интересуется только экстерьером и титулами). Если родители щенка отдрессированы отлично, и при личной встрече ведут себя достойно, то скорее всего, и их потомок тоже будет на высоте. Ну а потом отобрать в помете адекватного представителя породы, правильно его вырастить и воспитать, после чего пройти жесткий и достаточный курс спецдрессировки.
При выполнении этих, на первый взгляд, простых требований вероятность проблем с вашим псом будет сведена к минимуму.
На второй взгляд требования, конечно, уже не кажутся простыми. Вот почему о большой сильной собаке мечтают многие, а осуществляет свою мечту единицы – если считать в процентах. И это гораздо лучше, чем все-таки взять в дом животное, а потом устранять принесенные им проблемы.
Обычный приезд к Береславским обстоял примерно следующим образом.
«Волга» подкатывала к прозрачным металлическим, из длинных прутков, воротам, ее обитатели вылезали из машины и подходили к ограде.
Услышав звук мотора, четвероногая банда выскакивала из дома. Дверь им открывать было не надо, имелись специальные люки, которые открывала сама собака, а закрывались они автоматически, пружинами. Впереди мчался Крон, за ним Свен. Сзади семенила Марта. Старушка, вообще-то, была самая злобная среди всех. Если Крон и Свен нападали, потому что это была их работа, то Марта – потому что ей это нравилось.
То ли они плохо видели, то ли не успевали на скорости унюхать, но орали так, что даже Петру Ивановичу становилось страшновато.
Потом узнавали.
