— И очень жаль. Было бы неплохо иногда есть то, чем кормится наша бравая стража. Это было очень вкусно, спасибо. — Оглядев кухонную прислугу, я встала из-за стола, взяла в руки пустую тарелку и ложку и передала их накормившей меня кухарке, что выполнила неловкий реверанс. Решив, что мне не стоит больше смущать работников, я ретировалась с кухни, ощущая приятную сытость, и очень неторопливо пошла в сторону королевского кабинета. Проходя по первому этажу, мимо дверей тронного зала, я обратила внимание на большое количество стражи, что стояло в этом коридоре, а также на тихий гул, идущий из-за дверей залы. В иное время и в ином месте я бы просто заглянула в приоткрытую дверь, но делать это под взглядами стражников мне совершенно не хотелось. Пришлось воспользоваться привилегиями принцессы — докопаться с вопросами до одного из стражников и узнать, что в тронном зале Его Величество ведет прием простолюдинов. Закусив губу от мучительного любопытства, я еще какое-то время потерлась возле дверей, понимая, что мое появление не останется незамеченным, а потому, со вздохом оставив затею подсмотреть за королевским судом, решила прогуляться по замку. Раз уж Рудольф занят делом, мне без него в кабинете делать нечего, так почему бы не совместить приятное с полезным? Тем более, что до сегодняшнего момента мне не удавалось выкроить время и спокойно, никуда не ища дорогу, пройтись по замковым коридорам, да и до вечерней конной прогулки времени оставалось еще добрых пару часов.
Через полчаса я пожалела, что не подготовилась к этому маленькому исследованию заранее — мне остро не хватало принадлежностей для рисования. Замок был достаточно большим, чтобы легко заплутать в нем без должного опыта. Три уровня над землей и еще один неполный под, где располагался склад, несколько глухих и пустых сейчас тюремных камер и настоящее подземное озеро, которое, очевидно, и являлось источником воды для всего замка.
Основные коридоры были представлены двумя чуть изгибающимися в центре прямыми, я даже не сразу поняла это — лишь отойдя на значительное расстояние и обернувшись назад, заметила, что мне не видно другое плечо коридора. Когда я вернулась на его условный центр и внимательно осмотрелась, мое внимание привлекла внутренняя стена в этой части замка. Проведя рукой по ней несколько раз, я пришла к выводу, что за стеной скрывается потайной ход — из невидимых, но ощущаемых щелей чуть сквозило. Я не стала ощупывать стену целиком, чтобы не привлекать ненужное внимание, но готова была поспорить, что эти щели сложились бы в прямоугольник проема. Интересно, как она открывается? И что там за ней?
Сделав круг по второму этажу замка, на котором в передней части располагались гостевые покои и, по краям, комнаты более-менее важных служащих, а в дальней — моя комната и королевский кабинет. Я хмыкнула, представив, какой крюк сделала, когда неслась из тронного зала, орошая путь своими слезами: пробежала по всему первому этажу, поднялась на второй по дальней лестнице, побежала в обратную сторону, к той лестнице, что ведет на первый и третий этаж, и, не добежав до нее, вломилась в комнату Альвина, дверь которой я достаточно легко опознала сейчас. Бешеной собаке семь верст не крюк, а уж зареванной принцессе два витка по коридорам тем более не расстояние.
Перейдя на третий этаж, по которому моя нога ступала впервые за все время пребывания в замке, и пройдясь по коридорам, я нашла лишь одну приоткрытую дверь. И стоило мне только сунуть свой нос за нее, как в голове появились самые непечатные выражения, какие я могла вспомнить — все это время над моей головой была библиотека и никто, НИКТО не сказал мне об этом? Ладно, не никто — узнать о ней я должна была от одного вполне конкретного королевского лица!
Уже привычно глянув в темноту каменного свода, я хлопнула в ладони, ожидая, пока загорится свет, а потом у меня буквально перехватило дыхание. Библиотека была большой, а по средневековым меркам — просто огромной: стеллажи стояли попарно, в семь длинных рядов, а также вдоль стен, подпирая потолок. Возле одного из шкафов была приставная лесенка, а у дальней стены библиотеки я обнаружила вполне мягкую длинную софу, спинкой прислоняющуюся к письменному столу, покрытому слоем пыли. Взяв с полки первую попавшуюся книгу, я открыла ее, мгновение вглядывалась в строки, закрыла, с трудом сдерживая дрожь в пальцах, поставила ее на полку и огляделась внимательнее. Все книги были примерно одинаковой толщины, отличаясь только цветом обложки и датами, проставленными на корешках. Я взяла в руки другую, с соседнего стеллажа, открыла ее по центру и через мгновение также закрыла.
Это были не книги. Это все были дневники, полные пророчеств! Все эти семь рядов, каждый из шести пар стеллажей, имеющих по четырнадцать полок, — все это место занимали записанные Изердой пророчества, которые являлись ей на протяжении всей ее жизни...
