– Убежать от него? – неприятно усмехнулась Дамарис. – У тебя очень страстный брат, милая. И у него сильный характер, – мечтательно закатила глаза к потолку гречанка. – Что ж! Тем сложнее для тебя! Делай что хочешь, как хочешь, но тебя возле него быть не должно. Ему, я так понимаю, плевать на общественное мнение, но не тебе, красавица. Поэтому, подумай, что скажет твоя любимая мамочка или твой любимый дед. У вас же с ним такие нежные отношения… Хочешь, иди на ужин, я тебе препятствовать не буду. Но помни – увижу вас рядом, тебе конец.
Перед уходом, стерва заграничного происхождения, поправила свое идеальное платье-футляр полуночно-синего цвета и, бросив на меня пренебрежительный взгляд, скрылась за дверью.
Я в изнеможении упала на подушки. Час от часу не легче! Не было печали, появился Юджин, а за ним очередные влюбленные в моего брата женщины. Всегда так было. Только никогда они еще меня не воспринимали как соперницу. До сегодняшнего дня.
Запретила себе думать о нем и о том, что случилось между нами. Я с самого начала знала, что эти чувства находятся для меня под семью замками! А теперь еще и сама судьба в лице этой девушки с пока еще целыми пальцами, говорит мне о том, что это все лучше прекратить. Пожалуй, это верно.
Но как же я могу остановить его? Если я даже не могу остановить саму себя?
– Дорогой наш, Аскольд Александрович. Дорогой, папа! – тетя Галя откашлялась. – В этот чудесный день мы хотим пожелать тебе…
С приветственной речи сестры моей мамы и приемной дочери деда начался праздничный вечер по случаю юбилея Шереметьева. Да, все верно, я все-таки решила выйти к столу. Как бы там ни было, а дедушка у меня один и я не могу с ним так поступить – элементарно отсидеться в своей комнате в такой, как уже сказала тетя, чудесный день.
У меня такое ощущение, что уже раз сто обдумала все то, что сказала мне Дамарис. Ее угрозы и обещание их выполнить в случае, если Юджин окажется рядом со мной. Или я рядом с ним. Мне очень не хочется пасовать перед угрозами. Однако, так уж получилось, что ее шантаж совпал с моими страхами. Это и вправду неправильно, это и вправду надо прекратить. Именно поэтому, обдумав все досконально, я придумала свой план.
Лучшее средство отстраниться от Ярцева – это больше никогда не оставаться одной. А как это можно сделать? Очень просто – позвать Олега! Не выходя из комнаты, я позвонила деду и узнала номер телефона сына Алевтины. Аскольд, естественно, очень удивился, почему я не могу сама подойти к нему, а находясь с ним в одном доме, страдаю глупостями и звоню по телефону.
– Дед, я еще только одеваюсь к ужину, поэтому не могу выйти из спальни. Но мне надо срочно поговорить с Олегом! Ну, пожалуйста, деда!
– Ой, Вермишелька, что-то ты юлишь! Что, опять с братом поссорилась, признавайся?! – спросил он меня, оттягивая момент сообщения телефонного номера.
– Нет, ничего мы не поссорились. Поговорили просто, – почти не соврала я.
– И почему я тебе не верю, стрекоза моя? Ладно, сейчас пришлю тебе сообщением номер Олежки, не такой уж и бестолковый в технике твой дед!
А потом я позвонила Олегу и попросила зайти за мной прямо перед ужином. Я нисколько не сомневаюсь, что моя уродливая нога далеко не обрадовала его. Это не самое приятное зрелище, даже для меня. Но пока, ему придется потерпеть. Сын Алевтины достаточно добрый человек, чтобы не отказать мне в моей просьбе. И, чтобы сгладить его страдания в моей компании, решилась на то, чтобы появиться в одном из нарядов, что мне подсунули с собой девчонки. Длинное бардовое платье в пол. Свободный крой позволял спрятать хоть слона. Мне очень нравится пояс, который можно обмотать вокруг талии несколько раз, а потом еще и бантом завязать. И рукава, расширяющиеся к низу и собранные к манжетам, только линия манжета выше на целую ладонь, так запястья остаются неприкрытыми и можно смело добавить какой-нибудь браслет. Правда, в моем случае, добавлять нечего. Волосы расчесала и распустила. В какой-то момент мне все же показалось, что у меня начала подниматься температура, но я наплевала на это и продолжила собираться.
