Прошедший день впору было бы внести в дневник, в раздел самых ужасных дней в жизни. Моей или чужой. С превеликим удовольствием я бы забыла абсолютно все, что случилось. Просто стерла бы из своей памяти. И даже ту запретную мечту, которая тоже успела сбыться и как будто вызвала этим самым все последующие жуткие события. Конечно, безусловно, разумеется, я совсем забыла о том, что у моего братика-засранца есть невеста. И ее появление всего лишь подтвердило то, что он обыкновенно пошутил, даже не сделав мне скидку на родственную связь между нами. Как говорят, потоптался, словно петух в курятнике?
Не посмотрев ни на кого, в том числе и на меня, он взял свою самую сексуальную невесту под руку и уехал. Просто взял и уехал. И ничего не сказал.
Выходит, его слова больше не стоят ничего. Он говорил, уверял, что могу ему доверять. А, на самом деле получается – не могу. Как можно доверять такому человеку? Раньше, когда я была маленькой, наверное, могла. Наверное, на самом деле могла. Только теперь уж точно больше никогда не смогу и не стану. Довольно с меня. Как только эти двое влюбленных и знаменитых покинули столовую, все присутствующие накинулись на меня. Конечно, кто еще мог оказаться в усадьбе девушкой-инвалидом, девушкой с уродливыми ногами? Это описание подходит только к одному человеку.
Я смалодушничала. Признаю. Опять ушла. Уйти всегда проще, чем пытаться оправдаться, рассказать правду тем, кто ее никогда даже слушать не захочет, а речи о «понять» даже не зайдет.
– Это тебя, что ли, – первым делом налетела на меня мамочка прямо при всех, – спас Юджин? Как ты могла?! О чем ты думала! Он же звезда! Надо было тебе с твоими ногами перед камерой отсвечивать?!
– Правда, у нас красивая невестка? – тетя Галя, словно бы никого не слыша, умиленно щебетала с моей бабушкой. – Да, Мишель все подпортила, но с другой стороны, зато приехала Лика!
– Мишель совершенно не умеет себя вести! – бабушка тоже посчитала необходимым вставить словечко. – И всегда умудряется попасть в плохие ситуации, подставить своих родных.
Только Олег смотрел на меня с сочувствием. И дед, который быстро шепнул на ухо внучке-неудачнице:
– Беги в мою комнату, Вермишелька, я пока успокою этих разбушевавшихся крокодилиц.
В общем-то, именно с его разрешения и прямого содействия, я с облегчением покинула надоевший террариум и поднялась в комнату к Аскольду. Раньше, будучи еще маленькой, я нередко пряталась здесь, а когда было страшно – приходила ночевать. Он тогда доставал для меня второе одеяло из шкафа и накрывал им. И никогда не прогонял. Помню, как приходила к нему в одной пижаме, трясясь со страху после очередного кошмара, и как быстро успокаивалась, стоило только опустить голову на подушку у него на кровати. Он всегда был моим рыцарем. Остался им и сейчас.
Только вот, забыть простой ночной кошмар всегда легче, чем забыть то, что произошло сегодня.
Как он мог?! Как?!!
Но я сама позволила ему.
Сама разрешила.
Мне было настолько плохо, сердце в буквальном смысле разорвалось еще там, внизу, в столовой, когда он взял ее за руку и увел за собой. Уехал…
Мне было настолько плохо, что вопреки своим старым привычкам я не продержалась в комнате деда больше, наверное, десяти минут. А потом, сорвавшись с места, поспешила к себе, где заперла дверь на ключ и с остервенением начала собирать чемодан. Утром будет поезд. Не поеду к бабушке. Не могу. Я начну искать свое жилье. Достаточно с меня родственников. Достаточно с них девочки-инвалида. Побросав все вещи в чемодан и в сумку, и уже практически срываясь на плачь, я, все же набрала номер одной из подруг.
– Миша? Ты чего так поздно звонишь? – Ася далеко не сразу взяла трубку. – Случилось что-то? С засранцем поругалась? Или с бабушкой?
– С обоими, – после паузы ответила я.
– Это все из-за этой статьи в сети? Мы все видели. И Поля тоже. Уже в новостях! Ты что, в реку упала?
– В озеро, – машинально поправила переполошенную коллегу, раздумывая, как бы так подвести ее к главной теме моего звонка.
– А мне казалось, писали, что в реку. Ну, это неважно! Так ты чего звонишь-то?
– Ась, послушай. Ты как-то говорила мне, что вы с Никитой ищете, кому комнату сдать?
– Ну… Было дело, – замялась моя подруга. Я отлично понимала, что могу им не подойти. Ребята сами снимали двушку и уже какое-то время искали, кого бы к себе подселить. Ася могла бы испугаться конкуренции. Но, надеюсь, теперь, когда я официально в статусе инвалида со своими уродскими ногами, ее больше моя кандидатура не испугает. – А ты что, от бабки съехать никак решилась?
– Ага, – обреченно выдохнула я в трубку. – И, если можно, с завтрашнего дня. Можно?
– Мишка… Ты чего, ревешь там, что ли? Миша… Мишель, не реви! Конечно можно! Конечно, приезжай, я тебе сейчас адрес скину. Миша, не плачь. Ну, погоди. Приедешь ко мне и все расскажешь. Когда тебя, завтра ждать?
– Зачем ты приехала?!
