Вроде ничего не делал, но за день чертовский устал. Устал, а вот уснуть не мог. Ворочался с боку на бок. Вина не выпить, на Раису сил нет. Потом вдруг опомнился и вызвал среди ночи Криса.
— Что нужно, господин?! — спросил встревоженный малец с отметинами сна на лице.
— Гони к Мяснику! Скажи, что меня хотел отравить Мещерский! Пускай будет осторожнее! Тебя никто не должен видеть. Пулей туда и обратно!
— Будет сделано!
Около часа я просидел за столом, ожидая, когда же вернётся Крис.
Дождался наконец-то и встретил его у двери:
— Ну?
— Сказал его помощнику, — ответил Крис.
— В смысле, помощнику?
— Сам господин Мясник приболел. Со вчерашнего вечера не встаёт…
Человек, сидящий передо мной, носил кличку Конфуз. Два шрама на носу, обожжённая бровь, оттопыренное левое ухо. Он смотрел на меня чуть прикрытыми глазами, будто пьяный, но перегаром не пахло.
Как и остальные люди Мясника, он носил рубашку с закатанными рукавами и пояс, на котором висели ножи. Конфуз был ближайшим помощником Мясника, а потому носил красную рубашку, в отличие от рядовых белых. Вот такая иерархия по цвету, почти как в Кин-дза-дза. Вершина цепочки — кожаный шлем.
Когда Конфуз говорил, на его шее шевелилась татуировка. Я всё никак не мог разобрать, что же там нарисовано.
— Два дня лежит, — сказал Конфуз и потянулся к стакану.
— В сознании? — спросил я.
— Нет. Дёргается, иногда что-то бормочет, но глаза не открывал. Знаешь, что это за болезнь?
— Догадываюсь.
— Тогда дай лекарство! — набычился Конфуз.
— Лекарства нету. Сколько у вас людей?
— Достаточно. Что насчёт лекарства?!
Перед нашей встречей Архип рассказал, что во время вылазки в гнездо Мясника я подстрелил брата Конфуза. Осталась обида.
— Он выживет, не переживай. Такое случалось со мной и с Румянцевым. Другое дело, что он уже не будет прежним.
Конфуз раскрыл глаза чуть шире.
— Яд изменит его.
— Яд?
— Его отравил Мещерский. Я такое проходил уже дважды. Когда Мясник очнётся, он не узнает вас. А вы не узнаете его. Он будет совсем другим человеком. Для нас с тобой хуже всего то, что он перестанет быть тем Мясником, которого мы любили и уважали.
— Ты что несёшь?! Мне нужны лекарства! — Конфуз вскочил из-за стола.
Архип оттащил его вместе со стулом к стене и придержал.
— Слушай, что я тебе говорю! Он выживет и очнётся, но ты его не узнаешь. Очень быстро ты поймёшь, что перед тобой — совсем другой человек. К нему придёт Мещерский, и Мясник согласится на его условия, скорее всего.
— Пф-ф-ф! Мясник сам решает, как ему поступить!
— Когда ты поймёшь, что я был прав, приходи ко мне, — я посмотрел ему в глаза. — В последнее время в городе, особенно в наших районах, видны перемены к лучшему. Мы заинтересованы в том, чтобы их сохранить. А вот у Мещерского на этот счёт другое мнение. Спасибо, что зашёл.
— Зря потратил время, — бросил Конфуз и ушёл, хлопнув дверью.
… … …
Итак, что мы имеем?
Мясника потеряли, а значит, потеряли и большинство за столом совета. Мещерский, засранец, меня переиграл.
Кому охота земли отдавать? Никому. Вот он и решил меня грохнуть. Чудом пронесло. Второго шанса себя отравить я не дам. Не так уж и сложно. Заглядывай в бокал, пей только своё вино. К счастью, не в двадцать первом веке живём, «новичками» тут не травят.
Скоро состоится следующий сход господ. И что там будет? Как этот козёл осмелится смотреть мне в глаза? Даст ли денег?
Плохо, что Конфуз, зараза, оказался несговорчивым. Оно и понятно. С чего бы ему со мной объединяться, при живом господине. Жаль. Банда Мясника пришлась бы кстати. Тем более что они и часть бывших бойцов Румянцева подтянули. Поэтому Мещерский с Мясника и начал. Угроза там вырисовывалась нешуточная.
Подо мной задрожал пол. Долбя громоздкими ботинками, наверх вбежал Архип и открыл дверь:
— Приехал!
— Кто?!
— Мещерский!
— Да ладно?!
Медленно мы спустились на первый этаж. Но пока не совались к двери. Там стоял Кривоносый и довольно дерзко закрывал своим телом проход. Представляю, как тряслись его коленки, глядя на варвара Самсона.
— Кто с ним? — спросил я, выглядывая из-за лестницы.
— Самсон, Шеремет и ещё человек пять простых, — ответил Архип. — Чего делать будем?
— Не воевать приехали, — решил я. — Ни стояли бы у двери в ожидании.
— Точно, — подтвердил Архип.
— Впустим и узнаем, чего он хочет. Хотя примерно я представляю, — сказал я и посмотрел на Архипа. — Присмотри за Самсоном.
— Лады, — кивнул он и пошёл к входу.
Мещерский стоял в дверях и улыбался, глядя на меня. Лицемер хренов. Я похлопал взмокшего от напряжения Кривоносого, тот отошёл в сторону.
