Ее слова звучат у меня в голове, и я знаю, что тоже этого хочу.
— Ее поцелуи были слаще. Мягче. — Я наклоняюсь вперед и облизываю уголки губ Эверли, заставляя их раздвинуться для меня, что она и делает, прежде чем крепко ее целую. Она не разочаровывает и также крепко целует меня в ответ. Девушка хватает меня за волосы и тянет так сильно, что становится больно. Я покусываю ее челюсть и спускаюсь по шее. — Обычно инициатором был я. Ария была застенчива. Не знала, как попросить, чего хочет.
У Эверли вырывается вскрик, но она не отталкивает меня. Нет, наоборот притягивает меня ближе и крепче сжимает мои волосы.
— Она была невинной. Милой.
Нахожу впадинку у нее на шее и сосу с таким нажимом, что девушка вскрикивает в экстазе. Мой член тверд под джинсами, и я прижимаюсь к ее сердцевине через леггинсы.
— Я не знал, что с ней делать. Мне всегда казалось, что я ее порчу.
— Но разве не этого хотят парни? Быть первым?
Я отодвигаюсь достаточно, чтобы заглянуть ей в глаза, видя в них непролитые слезы.
— Я не хотел.
— Но сделал бы.
Она выглядит сердитой, почти ревнивой, и я знаю, что это убивает ее. Эверли ревнует к своей сестре точно так же, как я ревную ее к Лиаму. Все это извращено и отвратительно.
— Не знаю.
— Лжец.
— Я не лгу. — Снова целую ее губы, словно наказывая их и оставляя распухшими и покрытыми синяками, но я знаю, что Эверли выдержит это. Знаю, что она жаждет этого, когда целует меня в ответ с такой же яростью. Руками она находит пуговицу на моих джинсах и расстегивает ее, потом молнию, а затем помогает стащить мои джинсы и трусы.
— Тебе не нужно лгать. Я знаю, что ты хотел ее. Все в порядке. Я знаю, что она хотела тебя. — Она гладит мой твердый, как сталь, член одной рукой, вырывая стон из моей груди. — Я любила ее. Я любила Лиама.
— Я знаю. — Эверли ласкает мой член своей мягкой рукой, и я опираюсь на одну руку, наблюдая, как она делает это. — Я тоже его любил.
— Я знаю. — Она откидывает голову назад, отыскивая мои губы. — Если бы не авария... Этого бы никогда не случилось.
— Спусти штаны, Эв. Дай мне на тебя посмотреть. — Она перестает гладить меня и подчиняется, стягивая леггинсы. На ней нет трусиков, которые были раньше. Я смотрю между нами на ее хорошенькую обнаженную киску с небольшим треугольником волос над ней. — Ты побрилась для меня?
Она прикусывает нижнюю губу и кивает.
— Да. Вода была чертовски холодной.
Я улыбаюсь и сажусь на колени, глядя между ее ног на ее блестящую киску. Она никак не сможет отрицать, насколько возбуждена, и я тоже не могу.
— Ты прекрасна.
Ее глаза слезятся и такие печальные, но одновременно полны яростной решимости.
— Как и ты.
Ухмыляюсь, провожу большим пальцем по ее влажным складкам и обвожу клитор. Эв откидывает у назад и тихо всхлипывает.
— Я хотел тебя. Хотел с той самой первой ночи, но ты пошла с ним. И я бы никогда не предал его. — Ее глаза встречаются с моими, но я не перестаю играть с ее клитором. — Никогда.
— Знаю. Я бы тоже не стала этого делать.
— Я знаю. — Использую два пальца и вхожу в ее тугое тепло, играя с клитором. Одной рукой она хватает меня за запястье, но не отстраняет. — Я вожделел девушку своего лучшего друга в течение трех гребаных лет и чувствовал себя виноватым из-за этого каждый божий день. Я знал, как это было хреново. Ты была его. Я бы не посмел действовать за его спиной. Никогда.
— Нет. — Я сгибаю пальцы, нахожу то место внутри нее, которое заставляет ее бедра напрягаться, а ее пальцы крепче сжимают мое запястье. — О боже.
— Если бы они не умерли, этого бы никогда не случилось. Все это, ты и я прямо сейчас, находим утешение друг в друге. Утешение в боли.
— Да. — В ее голосе нет уверенности, но она погружена в удовольствие и боль.
— Я знаю, что ты любила его. — Ее пальцы сжимают меня сильнее, пока я дразню ее клитор. — Он тоже любил тебя. Я всего лишь замена. Ты можешь использовать меня для утешения.
Ее глаза встречаются с моими, когда ее грудь вздымается.
— Нет. Это неправда.
— Так и есть. — Двигаю пальцами быстрее, Эверли тяжело дышит, приближаясь к оргазму. Это слова, которые я должен был сказать.
— О боже, Купер, не останавливайся.
Чувствую, как ее киска сжимается вокруг моих пальцев. Я знаю, что она близко.
— Этого никогда бы не случилось, если бы они все еще были живы. Любой из них.
Эверли кончает на мои пальцы, но я продолжаю дразнить ее клитор, выдаивая из нее каждую последнюю секунду оргазма, прежде чем заменить пальцы своим членом и войти в нее, заставляя нас обоих стонать от удовольствия и боли.
Она целует меня в губы, ногтями впивается в кожу моей головы, пока я трахаю ее без малейшего подобия сладости. Яростно вонзаюсь в нее, и девушка принимает каждый толчок, двигаясь вместе со мной и умоляя о большем.
— Ты действительно в это веришь? — выдыхает она между яростными поцелуями и наказывающими толчками.
Я смотрю ей в глаза.
