— Да, ну, Калеб и Айзек были бы только за это. Хочешь, чтобы я это устроил?
Я злюсь, но мне все равно.
— Нет. — Эв обхватает мое лицо своими маленькими ручками и требуют моего внимания. — Я сказала «незнакомым». Люди, которые не знают Лиама. Нам нужно выяснить, было ли то, что произошло в доме, вынужденной близостью или между нами было что-то реальное.
Я прижимаюсь губами к ее губам, жестко и наказывающе, принимая от нее поцелуй, который она неожиданно дарит. Она перемещает руки с моего лица на волосы, притягивая меня к себе, целуя в ответ и одновременно прижимая к себе.
— Это было по-настоящему.
Она кладет руки на мою грудь и отталкивает меня назад, чтобы дать себе пространство. Ее нижняя губа дрожит, и она качает головой.
— Нам нужен перерыв. Пожалуйста, не усложняй это больше, чем должно быть.
— Перерыв?
Она кивает, но не выглядит уверенной. Совсем нет.
— Да.
Я отступаю назад, и она направляется к двери.
— Отлично.
— Не будь таким. Я не имею в виду навсегда.
— Конечно. — Я не двигаюсь.
Я не могу заставить ее остаться и увидеть то, что прямо перед ней.
Эверли бросает на меня последний грустный взгляд, а затем открывает дверь, оставляя меня позади.
Уходит, чтобы узнать, кто она теперь.
Без меня.
Глава тридцать седьмая
ЭВЕРЛИ
— О, хорошо, ты жива. — Я свирепо смотрю на Кортни, которая стоит у моей двери слишком рано утром для меня.
Прошло два дня после вечеринки, а я все еще чувствую себя дерьмово. Видеть лицо Купера, когда я сказала ему, что, по-моему, нам нужен перерыв, было почти чересчур.
Но я продолжаю убеждать себя, что это правильное решение.
Я не хочу использовать его как опору. И если мы решим быть вместе, мне не хотелось бы постоянно задаваться вопросом, свела ли нас кошмарная случайность или все это реально.
— Что ты здесь делаешь?
Она протягивает мне кофе из моей любимой кофейни в кампусе.
— Предложение мира?
Я беру кофе и подношу к губам, делая щедрый глоток.
— Боже, как хорошо. — Жестом приглашаю ее войти, что она и делает. — А из-за чего нам нужно мириться?
Закрываю дверь, и подруга садится на мой диван, потягивая свой кофе.
— Ну, за то, что разбудила тебя.
Я киваю головой и тоже сажусь.
— Да, раньше я из-за этого убивала.
Кортни смеется, а затем ее лицо смягчается. Теперь она выглядит виноватой.
— И, конечно, за все эти разговоры о Купере.
— Не похоже, чтобы ты слишком много думала о Купе прошлой ночью, когда язык Калеба был у тебя в горле.
Она выглядит смущенной, но потом улыбается.
— Да… э-эм… у него определенно есть навыки, о которых я и не подозревала.
Я смеюсь.
— Мне необязательно это знать.
Она смеется и делает глоток.
— Но серьезно. Прости. Я понятия не имела.
Прикидываюсь непонимающей.
— Понятия не имею о чем?
Она наклоняет голову набок.
— Ты и Куп. Вы, ребята, встречаетесь, верно?
У меня болит грудь, когда думаю о нем, возвращаясь к разбитому выражению его красивого лица, когда я сказала ему, что нам нужен перерыв.
— Корт...
— Остановись. — Она поднимает руку в воздух, чтобы заставить меня замолчать. — Этого нельзя отрицать. И вообще, зачем тебе это нужно?
— Ну, наверное, потому что он встречался с моей сестрой, а я встречалась с его лучшим другом?
Она отмахивается от меня, но затем черты ее лица смягчаются.
— Послушай, я не знаю, что именно произошло, и это не имеет значения. Ария и Лиам... — Она выглядит смущенной, но продолжает: — Они ушли. Вы, ребята, можете быть вместе, если хотите.
— Но в этом-то все и дело. Я имею в виду... Мы бы не были вместе, если бы они не умерли.
Подруга пожимает плечами.
— Ты этого не знаешь. Я этого не знаю. Никто не знает. Между тобой и Купом всегда была какая-то связь.
Я уверена, что выгляжу такой же ошеломленной, как и чувствую себя, и мне приходится поднять челюсть с пола.
— Что? Связь ненависти?
— О, я тебя умоляю. — Подруга снова отмахивается от меня. — Я имею в виду, да, вы подначивали и припирались друг с другом, но ненависти никогда не было.
— Между нами ничего не было, когда мы с Лиамом были вместе.
Кортни закатывает глаза.
— Да. Я знаю, что не было. Но, девочка... Если вы с Купом хотите быть вместе, не сопротивляйтесь этому.
Я делаю глоток кофе и думаю о том, что она сказала.
— Что, если мы просто связаны травмирующим событием?
— Ну и что с того?
Сейчас я раздражена, потому что такие отношения не могут длиться долго.
— Кортни...
Она смеется.
— Вы, ребята, были друзьями раньше. Вы пережили что-то ужасное вместе. И между вами есть сексуальная химия. Для меня это звучит как длительная история любви.
— Или мы оба просто пытаемся держаться за прошлое.
— Эв, ну же. Это не так, и ты это знаешь. Я видела, как он смотрел на тебя на той вечеринке.
Я делаю глоток кофе и искоса смотрю на нее.
— Как ты могла что-то увидеть, когда лицо Калеба было приклеено к твоему?
Она смеется.
— Заткнись.
Подруга бросает в меня подушку с дивана, и я, смеясь, ловлю ее.
— Он любит тебя. И это дерьмо глубоко укоренилось.
При этом слове у меня перехватывает дыхание, и все мое тело напрягается.
— Л-любит?
Она закатывает глаза.
