Но творчество шеллиевского чудесного года (annus mirabllis), 1819-го, еще не закончилось. Во Флоренции, куда он переехал в октябре после летнего пребывания в Ливорно, он писал заметки о скульптурных произведениях и картинных галереях. И в то же время он не забывал Англии и ее общественных и политических нужд. В своем неоконченном «Философском взгляде» на реформу он пытается исследовать причины бедствий английского народа и предлагает принять надлежащие меры. Весть о так называемой «манчестерской резне» глубоко взволновала Шелли и побудила его написать его замечательный «Маскарад анархии», в котором он увещевает своих соотечественников обратиться на путь мира и здравомыслия — единственный путь, ведущий к свободе. В своей фантастической сатире «Питер Белл Третий» он рисует Вордсворта, сделавшегося тори, как пример гения, поддавшегося притупляющему влиянию «света». Эта поэма представляет из себя образец, не совсем удачный, обращения Шелли к элементу гротескного и юмористики. Его великая «Песнь к Западному Ветру», в которой лирическая ширь сливается воедино с силой лиризма, непревзойденной еще в английской поэзии, была задумана и частью даже написана в лесу, обрамляющем Арно, в один из дней, когда осенний ветер собирал туманы и дождевые тучи. Но в воображении Шелли этот дикий осенний ветер становится предвестником весны. И наконец, в часы, когда он чувствовал себя неспособным творить, он излагал изящными английскими стихами драму Еврипида «Циклопы». Конечно, ни один поэт не одарил английскую поэзию столь богатыми дарами в течение одного только года, как это сделал Шелли в 1819 году.
12 ноября во Флоренции у него родился сын Перси Флоренс, которому суждено было пережить своего отца и быть утешением своей матери в ее горе.
Когда стала надвигаться зима, Шелли, страдавший от суровости климата, решил переехать в Пизу, где воздух был мягок, вода удивительно чиста и имелся замечательный врач, Вакка Берлингиери, к которому можно было обращаться за советами. Большая часть его жизни, с января 1820 года до его кончины, была проведена им в Пизе. Присутствие м-ра Тайга и леди Маунткэшелль (бывшей ученицы Мэри Вульстонкрафт) делало это место еще более привлекательным. Летом 1820 года Шелли переехал с семьей в дом Джисборнов в Ливорно, бывший тогда незанятым. Здесь было написано самое восхитительное из поэтических посланий, «Письмо к Марии Джисборн». Мэри немного воспрянула духом, и малютка Перси был «самым веселым ребенком в мире». Но мать его не была всецело поглощена домашними заботами, потому что она с большим увлечением предалась изучению греческого языка, в то время как Шелли был занят праздничной работой, так блестяще удавшейся ему, — переложением в октавы гомеровского «Гимна к Меркурию».
Когда жара стала усиливаться, они нашли себе убежище на водах Сан-Джулиано, в четырех милях от Пизы. Во время прогулки на Монте Сан Пеллегрино — сборное место богомольцев в известное время года — у Шелли возникла мысль его «Волшебницы Атласа», и поэма была написана в три дня, непосредственно следовавшие за его возвращением на купанья. Мэри предпочитала бы, чтобы он избрал сюжет менее далекий от человеческих симпатий. Она шутливо укоряла его, и ее порицание вызвало пленительное возражение во вступительных стансах. Когда же немного позднее он обратился к гротескной обработке происшествий из современной истории, результаты были далеко не так удачны. «Эдип Тиран, или Тиран Толстоног», драматизирующий с сатирической целью дело королевы Каролины, принадлежит к наименее счастливым попыткам автора, хотя имеет известное значение как одна из любопытных граней его ума. «Тиран Толстоног» был издан в Лондоне в 1820 году, но почти тотчас же был изъят из обращения издателем.
