ребенка о мире: маленькая и одинокая девочка хочет жить в безопасности и уюте после убийства
ее отца, даже если заботиться о ней будет его убийца.
— Мэг, мне так жаль.
Еще одна слеза скатилась по ее щеке.
— Ей не НУЖНА жалость, – голос Нерона был тверд, как бронза. – Теперь, моя дорогая, открой
врата. Если Аполлон будет сопротивляться, то напомни ему, что он обязан подчиняться тебе.
Мэг сглотнула.
— Аполлон, не усложняй. Пожалуйста... помоги мне открыть врата.
Я отрицательно покачал головой.
— Уж точно по своей воле я этого не сделаю.
— Тогда я... я приказываю тебе. Помоги мне. Сейчас же.
Если Мэг и колебалась, принимая решения, то Персик нет.
Когда я сомневался, следовать ли приказам Мэг, дух зерна оскаливал свои клыки и шипел:
"Персик", будто это был новый способ пыток.
— Прекрасно, – резко сказал я Мэг.
Правда была в том, что у меня не было выбора. Я мог чувствовать, как приказы Мэг проникают в
мои мышцы, заставляя им повиноваться.
Я подошел к сросшимся дубам и положил руки на их стволы. Я не чувствовал никакой силы
Оракула. Я не слышал голосов, только тяжелое упрямое молчание. Казалось, что единственным
посланием, которое хотели донести до меня эти деревья, было: "УХОДИТЕ".
— Если мы сделаем это, – сказал я Мэг, – Нерон уничтожит рощу.
— Он не сделает этого.
— Ему придется. Он не может контролировать Додону. Ее сила древнее. Он не позволит другим
использовать ее.
Мэг положила свои руки на деревья прямо под моими.
— Сконцентрируйся. Открой их. Пожалуйста. Ты ведь не хочешь разозлить Зверя.
Она сказала это вполголоса, снова говоря так, будто я еще не встречал Зверя... будто это монстр,
прячущийся под кроватью, а не мужчина в пурпурном костюме, стоящий в нескольких футах от
нас.
Я не мог не подчиниться приказам Мэг, но, возможно, мне стоило более энергично протестовать.
Мэг могла бы отступить, если бы я назвал ее обманщицей. Но тогда Нерон, или Персик, или
германцы просто убили бы меня. Должен признаться: я боялся умереть. Смело, благородно,
красиво боялся, признаю. Но все же боялся.
Я закрыл глаза. Я чувствовал неутолимое сопротивление деревьев, их недоверие к посторонним.
Я знал, что, если посмею открыть врата, роща будет уничтожена. И все же я собрал в себе всю
силу воли призвал к дару пророчества, заключенном во мне.
Я думал о Рее, королеве титанов, которая первой посадила эту рощу. Несмотря на то, что она
была ребенком Геи и Урана, что она вышла замуж за короля-каннибала Кроноса, Рея была мудра
и добра. Она родила новое, лучшее поколение бессмертных богов. (Говорю, как один из них.)
Она сочетала в себе все самое хорошее, что было в древние времена.
Да, она отошла от дел и открыла гончарную мастерскую в Вудстоке, но она все еще заботилась о
Додоне. Она отправила меня сюда открыть рощу, поделиться ее силой. Она не была той богиней,
которая верит в закрытые врата или табличкам "НЕ ВХОДИТЬ". Я начал негромко напевать
"This Land Is Your Land".
Кора потеплела под моими пальцами. Корни деревьев задрожали.
Я взглянул на Мэг. Полностью сконцентрированная, она стояла, опираясь на стволы и будто
пытаясь оттолкнуть их. Все в ней было знакомо: ее потрепанные волосы, подстриженные под
каре, ее блестящие очки "кошачий глаз", ее сопливый нос, покусанная кожа на пальцах и слабый
запах яблочного пирога.
Но она была человеком, которого я совсем не знал: падчерицей бессмертного сумасшедшего
Нерона, член Императорского двора. Что это вообще значит? Я представил себе семейку Брейди
в фиолетовых тогах, выстроившуюся на семейной лестнице, и Нерона внизу в одежде экономки
Элис. Яркое воображение – страшное проклятие. (
К несчастью для рощи, Мэг также была дочерью Деметры. Деревья отвечали на ее силу.
Сросшиеся дубы загрохотали. Их стволы начали двигаться.
Я хотел остановить их, но уже был вовлечен в процесс. Казалось, что роща высасывает из меня
силу. Мои руки будто приклеились к стволу. Врата открылись шире, насильно раздвигая мои
руки. В один ужасный момент я подумал, что деревья продолжат двигаться и меня разорвет на
кусочки. Но они остановились. Корни перестали дрожать. Кора остыла и отпустила меня.
Лишенный сил, я отшатнулся. Мэг же замерла на месте около только что открытых врат. На
другой стороне были... ну, там было много деревьев. Несмотря на холод, молодые дубы были
высокими и зелеными, они росли кругом, образовывая небольшое пространство посредине. Всю
землю устилали жёлуди, окружённые бледным янтарным сиянием. Для защиты рощи вокруг
росли деревья более громоздкие, чем те, которые росли в начале. Вверху плотно сплетенные
ветви деревьев образовывали купол, охраняющий это место от воздушных нарушителей.
