– В Кении два официальных языка – английский и суахили, – поясняет он. – В Найроби я обычно говорю на суахили, если со мной нет гостей, таких как вы. Иначе это выглядит невежливо. – Он улыбается. – Но вообще на суахили и мне объясняться проще.
– По-моему, ты можешь говорить на суахили и при нас. Главное, чтобы мы получили нужную инфу, – говорю я. Мои друзья дружно кивают.
– ОК, – отвечает Джон, – я это учту. А теперь, пожалуйста, ждите меня здесь!
Он исчезает в людской толчее, а мы остаёмся на месте, что, впрочем, не так просто, потому что нас постоянно толкают спешащие куда-то люди. Наконец Джон появляется снова и показывает нам большой палец. Классно! Значит, он нашёл этого Алана!
– В общем, торговое место Алана находится перед поворотом к сумкам, – объясняет Джон. – Недалеко, вон там, наискосок отсюда.
Легко сказать – наискосок отсюда, а добраться туда всё равно трудно. Мы протискиваемся сквозь толпу минут пять. Я крепко сжимаю сумку – если она выпадет у меня из пальцев и по ней пройдутся десятки ног, мышиная жизнь будет на моей совести.
В конце концов мы добираемся до конца одёжного ряда. В следующем ряду уже висят сумки на одёжных плечиках и крючках, прибитых к деревянным перегородкам. Но на углу мы обнаруживаем ещё одного торговца одеждой, и я вижу, что он развесил рубашки на длинных стойках. Позади стоек виднеется гора огромных тюков, перевязанных между собой верёвками, а перед стойками тоже лежат ворохи рубашек. Рядом узкий стеллаж из гофрированного листа, на нём полки, тоже с одеждой. Там стоит и голубой деревянный ящик для денег, вероятно, касса торговца. Ох, по сравнению с этим отыскать пресловутую иголку в стоге сена – просто детская игра! Я очень надеюсь, что у Гектора действительно чуткий нос, как он утверждает.
– Вот торговое место Алана, – говорит Джон. – Но как ты собираешься искать тут рубашку? Думаю, что Алан едва ли поможет тебе в этом.
Я улыбаюсь – с уверенным видом, чтобы мои друзья не упали на землю от хохота после моего объяснения.
– Да. В общем, сейчас в игру вступает Гектор.
– Гектор? – недоверчиво повторил Тимо. – Твоя мышь?
– Конечно. Ведь я говорила, что он очень умный. Но не только. Известно ли вам, что у мышек невероятно острый нюх? У них десять миллионов обонятельных клеток – а у людей только малая часть от этого.
Бейза закатывает глаза.
– И что? Откуда ты знаешь? Видела по телику передачу про мышей? И прежде всего – почему ты решила проверить это здесь?
– Это же ясно как день! Сейчас я достану Гектора из сумки, он побегает, понюхает и найдёт нашу рубашку. Гениально, правда?
Я обвожу всех взглядом. Молчание. ОК, возможно, моё объяснение было не очень успешным, но я всё же рассчитывала увидеть хотя бы тень воодушевления.
Тимо вздохнул.
– Значит, в самолёте ты не шутила, когда сказала, что мышь тебе помогает?
Я покачала головой:
– Нет, я говорила серьёзно.
Тимо погладил ладонью свою воображаемую бороду.
– ОК, тогда давайте попробуем. Раз маячок не работает, – тут Тимо показал на огромные горы одежды, – у нас всё равно нет другого шанса.
Бейза пожала плечами.
– Тоже верно. Тогда пускай Гектор попытает счастья.
– Эй, друзья, – вмешивается Джон. – Я что-то не совсем понимаю, о ком вы говорите. Кто такой Гектор?
– Гектор – это мышь, которую Тесса постоянно таскает с собой. Разве ты ещё не заметил? – ответила Бейза.
Джон удивлённо взглянул на меня.
– Значит, у тебя в помощниках мышь? – Он усмехнулся. – Безумные европейцы! Вы там все просто чокнулись. Но ладно. Если твой Гектор найдёт рубашку, он будет героем!
Услышав такую лестную оценку, Гектор выглянул из сумки.
– Довольно комплиментов, – пропищал он. – Давайте наконец начнём, а то так и будем стоять до темноты!
– Начинаем! – Я достала Гектора и осторожно посадила на край большой груды рубашек, чтобы он не угодил под колёса тележек и под ноги людей. – Тюки там впереди, ты видишь? Прямо за стойками с одеждой.
– Вижу, – кратко ответил он. Потом понюхал мою руку и побежал мимо кучи одежды, под рубашками на стойках прямо к первому тюку. На миг остановился – и нырнул в тюк. Ввинтился в лежащие там рубашки и скрылся из виду.
– Круто! Занятный у тебя помощник, – признал Тимо.
– Я же говорю – Гектор классный, – отвечаю я. – Мне так и казалось, что он сможет нам помочь.
– Пока что он нам не помог, – язвительно возразила Бейза. Господи, почему она всегда такая вредная? Ладно, надеюсь, что Гектор скоро сумеет убедить её, что он толковый!
Минут через пять Гектор вынырнул из тюка.
– В этом пока нет ничего, – объявил он. – Я осмотрю следующий.
Я обдумываю, как передать это сообщение остальным, не признавшись, что мы с Гектором умеем разговаривать.
– Хм, кажется, он ничего не нашёл в первом тюке, – говорю я.
– Да уж. – Больше Бейза ничего не добавляет, но её взгляд красноречивей слов. Впрочем, Гектора не собьёшь, и он просто исчезает во втором тюке.
Между тем торговец нас заметил. Неудивительно – трое белых подростков, стоящие как вкопанные перед его лавкой, пожалуй, так же бросаются в глаза, как корова с двумя головами.
