Затерянное племя ситхов полностью

Покидал он ферму в спешке. Выбора не было. Запускать истребитель без налаженной системы связи опасно, а переустановка заняла бы не меньше недели. Сначала следовало все-таки поймать Ори – попытаться, по крайней мере. Но сейчас Джелф ругал себя за то, что не изучил следы как следует. Да, кто-то был в сарае: убил увака, раскопал истребитель. Но кто и что сделал, оставалось неясным. Да, Ори отсутствовала, а следы ее уходили вверх по тропе. Но на ферме побывали и другие люди, прилетевшие и улетевшие на уваках. Только свободные ситхи могли передвигаться таким образом, но все они теперь враги Ори. Ведь она стала рабыней. Или расклад изменился? Так или иначе, ушла она не с ними.

Он все же рассчитывал, что Племя пока не узнало о его секрете. Если бы корабль нашли ситхские всадники, они наверняка оставили бы охрану. Значит, это все-таки Ори. В тот день, в джунглях, он почувствовал сквозь Силу ее боль от предательства. Он видел руины, в которые она превратила его маленькую ферму. А потом она пошла в столицу, зная то, что может ввергнуть Галактику в хаос.

Должна была пойти. Следы Ори пропали еще до развилки, но Джелф был уверен, что Ори свернула в сторону Тава. На востоке простирались непроходимые джунгли, а в заброшенных городах озер Рагноса ниже по течению не с кем делиться историями. Обильные муссоны напоили Марисоту, ведущая к южным городам переправа стала временно недоступна. Оставалась столица – город, в котором он никогда не бывал. Средоточие зла на Кеше, дом верховного повелителя Лиллии Венн и всего ее мерзкого Племени.

Он рассматривал сквозь окно давно уже ненужные стены, защищающие столицу. Где ему искать Ори? Куда она могла пойти?

– Счастливым ты не выглядишь, мой друг, – посочувствовал старый кешири, забирая пустую бутылку. – Я стараюсь хоть что-то держать для бедняков. Прости, ничего лучше нет.

– Дело не в этом, – вздохнул Джелф, очнувшись от раздумий.

– А. Женщина. – Старик вернулся к прилавку. – Я, конечно, не вашего племени, молодой человек, но могу сказать вам то, что одинаково для всех. Если уж пустил женщину в свою жизнь – жди сюрпризов.

Джелф, уже шагнувший к двери, обернулся и кивнул:

– Это-то меня и пугает.

Последние посетители покидали зоопарк. Ори всегда называла это место именно так. Настоящее его наименование было сложнее. Сначала парк назвали в честь Ниды Корсин и ее Небесных Всадников, потом присоединили имена еще двух или трех верховных повелителей – Ори считала это сомнительной привилегией. Когда-то здесь держали диких зверей – особей вымирающих хищных видов. Но ситхи давно уже перебили их на играх.

Теперь парк служил пристанищем для огромных уваков, участвующих в Диких скачках, – тех немногих, кто каким-то образом смог выжить в этой жестокой игре. Ситхи и кешири приходили подивиться на могучих ящеров, которых откармливали, баловали и готовили к очередным играм в соседней Корсинате.

А недавно в парке появилось и еще кое-что занимательное. Вернее, кое-кто.

Ори не удивилась, увидев мать, вычищающую навоз из увакских стойл, – она ожидала чего-то подобного. Джелф оказался прав: наказывая Чандру Китай, верховный повелитель Венн устроила настоящий спектакль. Весь день свергнутый высший повелитель копалась в грязи на потеху праздной публике. И все еще продолжала работу под бдительным оком дородного ночного сторожа. До сих пор одетая в торжественный наряд с Донелланова дня, грязный и рваный теперь, Чандра, стоя на носках, аккуратно соскребала навоз большой лопатой.

Устроившись на крыше загона, Ори выждала момент, когда охранник оказался прямо под ней, и, прыгнув вниз, оглушила мужчину. Забрав световой меч, Ори затащила сторожа в стойло и бросила его позади лежащего увака.

Чандра смотрела на дочь. Взгляд ее был усталым, а глаза слезились от стоявшей вокруг вони.

– Ты пришла.

– Да.

– Прошло много времени.

– Больше двух недель, – кивнула Ори, рассматривая мать.

За короткое время, прошедшее с праздника, Чандра изменилась до неузнаваемости. Седина, которую так тщательно закрашивали кеширские парикмахеры, проступила сейчас грязно-серыми прядями. От Чандры жутко пахло – последствие постоянной возни с навозом. Но на руках мозолей не было. Ори поняла почему, увидев, как осторожно держит лопату Чандра, автоматически продолжившая работу, и как медленно она продвигается.

– Они кормят их всякими отбросами, и звери болеют, – пожаловалась Чандра. – Я точно знаю – они это специально делают.

– Ты неправильно держишь лопату, ты так никогда не закончишь! – Ори, не выдержав, выхватила инструмент у матери. Но, взглянув на презренное орудие, вдруг вспомнила, что она не какая-то крестьянка, и отбросила лопату прочь. – Ты все это время была здесь?

Чандра слабо махнула рукой, указав на пустое стойло напротив:

– Они позволяют мне там спать. Иногда. – Она с грустью посмотрела на Ори. – Ты выглядишь уставшей, дорогая. Ты давно отдыхала?