Он чувствовал ужасную вину за то, что с этими капканами загрузил Ори работой на весь день. Но здесь, в буйных зарослях, под густым пологом листвы, у Джелфа были свои особенные ловушки. Месяцами они могли оставаться пустыми, но его лучший улов, кажется, всегда совпадал с сиянием. На этот раз Джелф нашел свое сокровище возле укромного пригорка, под гигантскими листьями. Его дыхание участилось от предвкушения. В последнее время – а выдалось оно одновременно беспокойным и безмятежным – у него было чувство, что что-то грядет. Может, это тот самый день, которого он так долго ждал…
Джелф остановился. Что-то случилось, но не здесь. Посмотрев сквозь листву на запад, он снова это почувствовал. Что-то происходит на ферме прямо сейчас.
Джелф бросился к лодке.
Ори нашла под навозом странную вещь, накрытую брезентом. На самом деле сверху было навалено не так уж много мерзкой грязи, только чтобы создать видимость того, что куча навоза – это просто куча навоза.
Штука была большой – в длину не меньше двух уваков. Огромный металлический нож, окрашенный красным и серебряным, со странным черным пузырем на дальнем конце. И с отогнутыми назад крыловидными выступами с шевронами, на конце каждого – два длинных копья, напоминающие световые мечи.
Ори позабыла о вони. Сейчас она дышала очень быстро, пробегая рукой по поверхности металлической загадки. Последняя была холодной и неровной, с вмятинами, следами ожогов по всей длине. Но самое удивительное ждало ее впереди. Добравшись до круглого отделения сзади, она прижалась лицом к тому, что казалось черным стеклом. Внутри в удивительно малое пространство было втиснуто кресло. Гравированные пластины сидели точно за подголовником, неся символы, похожие на те, что она учила под руководством своих наставников.
Глаза Ори расширились. Она наконец поняла, что это.
Всю свою жизнь Джелф Марриан боялся ситхов. Великая война с ситхами закончилась еще до его рождения. Но разрушения, нанесенные его родному миру Топраве, были настолько сильны, что подвигли его посвятить себя предотвращению чего-либо подобного.
В конце концов он слишком отдалился от консерваторов, руководящих Орденом джедаев. И, будучи изгнан из Ордена, Джелф продолжил свое служение, вступив в подпольное движение рыцарей-джедаев, стремящихся предотвратить возвращение ситхов. Четыре года он работал в темных секторах Галактики, убеждаясь, что мастера зла стали лишь недоброй памятью.
Но все снова пошло не так. Три года назад на задании в отдаленном секторе он узнал о распаде Завета джедаев. Страшась возвращения, Джелф отправился в неисследованные районы Галактики, уверенный, что не сможет вернуть себе имя и место в Ордене.
На Кеше он нашел то, что могло претворить в жизнь его худшие ночные кошмары. Его корабль угодил в один из мощных метеоритных дождей и еще одной звездой упал далеко в джунглях Кеша. Не сумев пробиться сквозь странные магнитные поля планеты и позвать на помощь, Джелф рискнул спуститься ближе к огням на горизонте.
Это был свет цивилизации, погруженной во тьму.
Джелф выпрыгнул из лодки, еще не причалив:
– Ори! Ори, я вернулся! Ты…
Он замолчал, увидев сломанные шпалеры. И, оценив ущерб, бросился к сараю.
Дверь была открыта. Внутри, в слабом свете сумерек, стоял его поврежденный истребитель, кропотливо вывозимый им по кусочку из джунглей. А рядом валялась металлическая лопата.
– Ори?
Шагнув в темноту, вглубь сарая, он увидел труп увака – славная пища для маленьких птиц-падальщиц. Позади сарая Джелф нашел брошенные капканы, которые Ори должна была проверить. Значит, она была здесь – и ушла.
Перед хижиной осталось много следов. Широкие ситхские сапоги, отпечатки увакских лап. И маленькие следы Ори. Они шли мимо живой изгороди, через перегородившую путь тачку, а затем – по тропе, ведущей в сторону Тава.
Джелф сунул руку внутрь своей безрукавки и выудил сверток, который всегда носил с собой. Синий свет вспыхнул в его руке. Сейчас Джелф был одиноким джедаем на планете, битком набитой ситхами. Его существование представляло угрозу для них, но их существование представляло угрозу для всех. Он должен остановить Ори.
Не важно как.
Он бросился вверх по тропе, во тьму.
Страж
1
3960 лет до Битвы при Явине
– Кажется… моя жизнь разрушена.
– Похоже, тут замешана женщина, – отозвался сиреневый трактирщик, наполняя стакан. – Оставить бутылку?