Во-первых, нам предстояло решить, как проникнуть внутрь, избежав серьезных неприятностей, если нас обнаружат вооруженные серпами жрецы, охранявшие храм Лениквы. К счастью, во время своей службы в храме Виксила узнала о подземном ходе, давно не используемом, но, как она считала, все еще существующем. Попасть в подземный ход можно было через тоннель, являвшийся продолжением естественной пещеры, находившейся где-то в лесу за Узулдарумом. В давние времена его использовали посетители девственниц. Но теперь желающие открыто проходили через главные двери храма или через менее людный черный ход, что, возможно, являлось показателем либо усилившегося религиозного чувства в народе, либо потери скромности. Сама Виксила никогда не видела пещеры, но знала ее приблизительное расположение.
Вход в тоннель из храма закрывался лишь плиткой пола, которую незаметно можно было сдвинуть как снизу, так и сверху — она находилась за статуей Лениквы в большом нефе.
Во-вторых, нам предстояло выбрать правильное время, когда жрицы снимали пояса. Вновь познания Виксилы оказались бесценными, потому что она знала, в какие именно ночи у девственниц бывали гости. В основном, количество желающих пообщаться с красавицами увеличивалось в ночи жертвоприношений, главной из которых считалась ночь полнолуния. Тогда все женщины без исключения выходили к посетителям по нескольку раз.
Однако задача осложнялась тем, что в храме в это время должно быть слишком много людей — священников, девственниц и их клиентов. Вначале это показалось нам непреодолимой трудностью. Как бы мы смогли собрать пояса и уйти с ними в присутствии такого количества народа? Возникшее затруднение, должен признаться, ставило меня в тупик.
Понятно, что нам надо было найти какое-то средство, чтобы либо освободить храм от посетителей, либо привести их в бессознательное состояние, либо, в крайнем случае, лишить их возможности что-то предпринять.
Я подумал о некоторых усыпляющих веществах, которые применял уже несколько раз, чтобы усыпить хозяев домов. Но, к сожалению, этих средств было не так уж много, и они не смогли бы проникнуть во все уголки и альковы такого большого здания, как храм. Кроме того, нам пришлось бы ждать полчаса, открыв двери и окна, пока помещение полностью проветрится, иначе усыпляющее средство подействует и на нас, а не только на наши жертвы.
Существовал еще один способ. Я знал о редких лилиях, растущих в джунглях, пыльца которых, если ее бросить в лицо человека, вызывает временный паралич. Но и от этого средства я тоже отказался. Уж слишком со многими людьми нам предстояло иметь дело, а пыльцу трудно раздобыть в таком большом количестве.
Наконец я решил проконсультироваться с магом и алхимиком Визи Фенкором, который, владея плавильными печами и соответствующей техникой, часто помогал мне превращать украденное золото и серебро в слитки или другие формы, не напоминающие монеты. Я несколько скептически относился к его способностям мага, но зато ценил Визи Фенкора, как искусного фармацевта и знатока ядов. Он всегда мог достать странные и смертоносные зелья, и, очевидно, мог помочь нам на этот раз, обеспечив чем-нибудь новеньким.
Когда мы зашли к нему, Визи Фенкор переливал из котла в прочные глиняные бутылки зловонное варево, которое все еще пузырилось и бурлило. По запаху я понял, что это нечто особенно сильнодействующее — по сравнению с запахом варева выделения хорька показались бы совершенно безобидными. Увлеченный делом, алхимик не заметил, что мы вошли, пока все содержимое котла не было разлито по бутылкам. После чего он прочно закупорил их и запечатал черноватой смолой. — Это — любовный напиток, — объяснил Визи с елейным самодовольством. — Он распалит любого инфантильного человека и восстановит силы умирающего девяностолетнего старика. Хотите попробовать…? — Нет, — выразительно ответил я. — Мы не за этим пришли. Сейчас нам нужно нечто совершенно иное.
Я в нескольких словах обрисовал нашу проблему и добавил: — Если ты сможешь нам помочь, то, уверен, тебе предстоит немалая работа по переплавке золотых поясов.
И, как обычно, ты получишь треть прибыли.
Визи Фенкор сморщил бородатое лицо в полуехидной и полуязвительной улыбке. — Ваше предложение приятно со всех сторон. Мы освободим храмовых девушек от возложенных на них обязанностей, которые должны им казаться несколько неудобными, не говоря уж об их очевидной обременительности. К тому же, я использую драгоценные камни и металл исключительно для нашего обогащения. — И, словно раздумывая, он добавил. — По счастливой случайности я могу снабдить вас совершенно необычным препаратом.
Гарантирую, что все посетители в один момент освободят храм.
Пройдя в затянутый паутиной угол, алхимик снял с верхней полки пузатую бутылку из бесцветного стекла, наполненную изумительным серым порошком, и вынес ее на свет. — Теперь я объясню вам особые свойства этого порошка и способ его использования. Это — истинный триумф химии, последствия которого более опустошительны, чем чума.
Рассказ мага поразил нас, но потом мы рассмеялись.
