— Не меня ты обидела, — проворчала Ахар. Из-под белого капюшона виднелась лишь узкая полоска сморщенного рта. — И не мне тебя судить, если я правильно поняла все, что рассказали мне эти дуры, — Старейшая кивнула на вопящих за ее спиной разведчиц. — Но, тем не менее, перед тем, как ты начнешь решать за весь клан, я должна благословить тебя. Иначе решения твои силы иметь не будут, а эти кровососы, — они кивнула на цариц, — обязательно этим воспользуются.
— Я уже говорила тебе, Старейшая, что для своего возраста ты выглядишь крайне аппетитно? — оскалилась во все зубы Магара, складывая руки на груди.
— Молчи уже, окаянная, — беззлобно проворчала в ответ Ахар. — У тебя своих девок хватает, чтобы еще и на Божье зариться.
Тиена ухмыльнулась, поглядывая на довольную Магару, а Лэйк лишь низко склонила голову перед Способной Слышать. Вообще-то, благословление представителей всех каст было необязательной процедурой при смене власти, но Каэрос очень ревностно придерживались буквы закона, как и Раэрн. Косой взгляд на Руфь подтвердил это: губы той сжались в нитку, а это означало, что царица Дочерей Земли, по-видимому, намеревалась воспользоваться отсутствием благословения у Лэйк для того, чтобы затянуть переговоры.
Ахар кое-как выпрямилась, хотя ее опирающиеся на клюку руки дрожали, а потом сиплым голосом провозгласила:
— Огненная, Гневная, Грозная, Жизнь Дарящая и Жизнь Отнимающая, смотрит вниз из обители мысли и силы на тебя, дочь Огня! Дерзнувшая добиться Ее божественной милости, ты обратила Ее взгляд на Себя, и теперь Она течет в твоих венах, стучит в твоем сердце, а Ее мысли звенят в твоей голове. Отныне и навеки ты, Лэйк дель Каэрос, дочь Илейн, дочери Фаил, несешь Ее волю и говоришь Ее голосом. Помни об этом и слушай Ее внимательно, потому что Гневная не прощает и карает страшно. Преклони колени, Дочь Огня! — Лэйк молча опустилась перед Способной Слышать на колени прямо в снег, и по рядам разведчиц прокатился довольный рев. Ахар возложила ей руку на голову и проговорила: — Я, Старейшая Способная Слышать Волю Богинь Каэрос, называю эту женщину царицей!
Поверх иссушенной покрытой старческими пятнами руки Ахар легла натруженная, разбитая работой, но все еще крепкая и сильная ладонь Мари.
— Я, Мани-Наставница Дочерей становища Сол Каэрос, называю эту женщину царицей! — проговорила она, часто моргая. Глаза ее были мокрыми и счастливыми, одна маленькая слезинка все-таки засияла кристалликом льда в первых рассветных лучах, вычерчивая дорожку на ее щеке.
По рядам глав сообществ прошло шевеление, и вперед протолкалась первая нагината Эйве. По традиции царицу должна была посвятить первая сообщества, из которого вышла сама царица, и Эйве, судя по ее сбитому с толку виду, еще не совсем понимала, что только что произошло. Она была не слишком высока и совершенно нехарактерного для Лунных Танцоров телосложения: гибкая, стройная, фигуристая. Сейчас ее темные глаза смотрели на Лэйк со смесью уважения и недоверия, и, когда ее крепкая мозолистая рука, исчерченная полосками шрамов, легла поверх руки Мани-Наставницы, Эйве выглядела настороженно.
— Я, первая нагината Лунных Танцоров Каэрос, называю эту женщину царицей, — довольно скомкано проворчала она, а потом покачала головой так, словно сама удивлялась тому, что произнесла это.
Последней была тонкая, нежная, покрытая бронзовым загаром, на котором плясали рыжие языки пламени, кисть Первой Жрицы Хельды. Ее обращенный на Лэйк взгляд горел обожанием и фанатичным блеском.
— Я, Первая Жрица становища Сол и всех земель Каэрос, называю эту женщину царицей! — проговорила она, и сплетение рук на голове Лэйк загорелось. Языки пламени взметнулись вверх и сразу же опали, и все четверо женщин отняли руки от ее головы, а потом Ахар проскрипела:
— Поднимись, несущая волю Роксаны царица Лэйк дель Каэрос! И пусть правление твое будет долгим и полным чистого огня твоей Богини!
Последние ее слова потонули в громогласном рокоте анай, и он был таким сильным, что Тиена почти что перестала слышать собственные мысли. Лэйк встала из снега и низко поклонилась всем четырем женщинам, а потом вскинула руку, приветствуя свой клан. Он ответил еще более громкими криками, в которых явно слышалось имя «Лэйк».
— Пфф! Вечное позерство! — закатила глаза Магара, но вид у нее был довольный.
Что же касается самой Лэйк, то ее лицо так и не изменило своего выражения. Словно все это не имело для нее ровным счетом никакого значения. Тиена прищурилась, задумчиво разглядывая ее. Ты же шла к этому всю жизнь, Лэйк. Почему же сейчас не испытываешь радости?
— Ну вот, а теперь можешь идти совещаться, — Ахар удовлетворенно кивнула Лэйк на шатер. — Теперь уже никто не сочтет твое слово бесправным. А церемонию и празднество мы отложим на завтра.
— Думаю, на более поздний срок, Мани, — покачала головой Лэйк. — Вот разобьем дермаков, тогда и отпразднуем. А пока еще не время.
— Как скажешь, царица, — отозвалась та, но в голосе ее звучало удовольствие.