Он так и не успел еще поговорить с Верго после своего возвращения, рассказать ему, как много значили все его уроки, какую службу они сослужили Тьярду во время его путешествия. Вот только сейчас все слова благодарности разбились вдребезги о тонкие, дрожащие от слабости руки Верго, и застыли в горле Тьярда горьким комком. Казалось, все свои силы, всю свою жизнь и энергию Хранитель передал молодому царю, и когда тот совершил невозможное, подломился, как старое дерево в бурю, не в силах больше выдерживать бешеный натиск ветра. Словно этих сил у него уже ни на что не осталось.
- Ты выглядишь очень усталым, мой мальчик, – прозвучал над его головой голос Верго, и Тьярд вновь устыдил себя. Он молод, полон энергии и воли, а вместо этого он только и делает, что жалеет самого себя. Теперь у него уже нет на это никакого права.
- Все в порядке, учитель, – Тьярд поднял голову, улыбаясь Хранителю так тепло, как только мог сейчас. – Не тревожься за меня. Время позднее, а день был длинным. Мне просто нужно немного поспать, и утром я буду в норме.
- Я так понимаю, эти стервятники обрушились и на тебя? – жесткая улыбка дернула угол губ Верго. – Снова пытаются заставить тебя делать всякие глупости?
- Да, учитель, – кивнул Тьярд.
- Меня всегда поражало, насколько крепка людская глупость, – со вздохом проговорил Верго, прикрывая книгу и осторожно откладывая ее на столешницу. – В страхе потерять свое жалкое барахло и еще более презренное положение они сделают что угодно, лишь бы остановить перемены. И это даже при том, что им никогда не удастся утащить с собой в могилу свой титул или золото. Что проку от всей этой мишуры червям? Вряд ли они будут испытывать священный трепет, копошась в теле аристократа, а не простого человека.
Тьярд почувствовал, что улыбается, и на этот раз – искренне. У него было такое ощущение, что прошла уже целая вечность с тех пор, как он разговаривал с Хранителем. В его словах всегда была теплая простота, приправленная острой ноткой сарказма и чудесного искристого юмора, которого Тьярду так не хватало в эти дни. И теперь он поистине чувствовал себя дома.
- Батольд настаивает на том, что мы должны заставить анай принять наших военных советников. Якобы они слишком глупы для того, чтобы самостоятельно выработать тактику, – Тьярд фыркнул и покачал головой. – Я спросил его, сколько лет назад он в последний раз сражался с анай, и тот даже не смог вспомнить. А потом начал кудахтать, словно потревоженная курица, что это не имеет никакого отношения к делу, и что полководцу не обязательно самому марать руки в чужой крови. – Верго только ухмыльнулся, и Тьярд пожал плечами. – Впрочем, остальные не лучше его. Рудар требует, чтобы каждый раз после разговора или хотя бы взгляда на анай наездники проводили ритуалы очищения от скверны перед алтарем Орунга, чтобы не заразиться от них дурной удачей. Игольд настаивает на том, чтобы послать небольшой отряд под стены Серого Зуба для того, чтобы точно удостовериться в лояльности анай. Дескать: если со стен не обстреляют, значит, действительно будут сражаться с нами. А Индар утверждает, что мы ни в коем случае не должны делиться с ними едой: пусть лучше выходят слабыми на бой с дермаками, тогда не смогут ударить нам в спину, если что. – Тьярд устало взлохматил волосы пятерней. – Одним словом, все это абсолютный бред, и мне стоит больших усилий удерживать их оттого, чтобы они не передрались между собой и со мной тоже.
- А что Унто Ферунг? Он всегда казался мне человеком спокойным и рассудительным, – Верго слегка прищурился, поглаживая подбородок. Пока еще по состоянию здоровья присутствовать на заседаниях Совета он не мог, и это, судя по всему, изрядно ему досаждало.
- Старейшина Ферунг, пожалуй, единственный, кто не вставляет мне палки в колеса, – вздохнул Тьярд. – Но и не помогает тоже. Он молчит и мнения своего не высказывает. Я так полагаю, его разозлило, что без его воли я отправил его сына к эльфам. Хотя он и понимает, что это большая честь для Лейва – представлять народ вельдов в Заповедном Лесу. Только толку от этого никакого.
- Ну почему же? Толк есть, – слегка покачал головой Верго. – Унто не дурак, он оценил то, что ты сделал для его сына. Поэтому и не мешает тебе делать то, что ты хочешь. К тому же, недоверие со стороны других Старейшин к нему должно расти из-за возвышения Лейва, а это значит, что у него не останется никакого выбора, кроме как прийти к тебе и поддержать тебя целиком и полностью. А его поддержка будет многого стоить. – Верго взглянул на Тьярда из-под кустистых бровей и тепло улыбнулся. – Сам того не ведая, ты все делаешь правильно, мой мальчик. Вот только не все семена дают всходы сразу же, как их посадили в землю. Некоторым для этого необходимо время, чтобы созреть.
- Я знаю, учитель, – кивнул Тьярд. – Вот только было бы гораздо легче, если бы хоть кто-нибудь был на моей стороне из членов Совета.
