Рог протрубил ее приказ еще раз, а потом время растянулось, застыло, будто горячий липкий воск. Лэйк видела, как со стороны подлетающих ведунов стахов пламенеет небо, и над ними рождается громадная огненная волна, настоящий вал, словно горная лавина, а потом устремляется в сторону анай. Он все нарастал и нарастал, и стало светло, почти что как днем. Такой вал вполне мог спалить всех их дотла, если бы большинство армии не было бы представлено Каэрос, которым огонь был нипочем. Внизу вперед неслись дермаки, не в силах остановиться и развернуться, напирая и напирая друг на друга. Земля превратилась в кашу из их тел, крови, снега и выброшенной вверх взрывами грязи. Войска анай медленно разворачивались, чтобы начать отлетать, и задние ряды разведчиц уже двинулись на юг, как вдруг…
Раздался громкий треск, а потом из земли ударила волна сжатого воздуха. Лэйк толкнуло в спину так, что позвоночник едва не треснул, выкинуло в сторону и поволокло кувырком по воздуху прямо навстречу стахам. На миг она ослепла и оглохла, подавившись собственным криком, вырвавшимся из отбитых легких. Бессмысленно мотая руками и хлопая едва не переломанными у основания крыльями, она кое-как вернула себе равновесие и смогла осмотреться.
Раин и Неф нигде видно не было, а войско анай расшвыряло по всему небу. Повсюду метались огненные крылья с редкими вкраплениями воздушных и водяных, похожие с высоты на бабочек, что кружатся над огромным провалом в земле.
Стахов тоже раскидало в стороны, отбросило прочь волной взрыва, но они смогли оправиться быстрее, чем анай, ведь находились дальше от эпицентра взрыва, и с их стороны понеслись огненные валы, зубчатые молнии, порывы бешеного ураганного ветра, сталкивающегося с тем, что шел из глубин разворошенной земли. Из-за этого над трещиной с невероятной скоростью образовывались смерчи и воздушные ямы, и анай в них швыряло из стороны в сторону.
Трещина в земле расширялась прямо на глазах все быстрее и быстрее, уходя на восток и на запад, и из нее вверх били струи воздуха. Лэйк не было видно, что происходит на другой ее стороне, и оставалось только гадать, успел Тьярд достаточно далеко отвести войска и развернуть их, или кортам тоже досталось от разбушевавшейся стихии. Края трещины крошились, проваливались внутрь, и она ползла также, только медленнее, на север и юг, унося с собой все больше и больше дермаков, которые в панике метались, пытаясь отступить, спастись бегством, но все равно падали и проваливались прямо под землю.
Уворачиваясь от огненных шаров, балансируя на бешеных порывах ветра, Лэйк сорвала с пояса рог и затрубила в него приказ перестроиться в Сеть. Правда, его слабый звук почти полностью потерялся среди грохота разбушевавшейся стихии, утонув и растворившись в нем без следа. Она трубила и трубила, выдувая из рога весь возможный голос, пока издали не долетел слабый-слабый ответный сигнал, означающий, что ее услышали.
Вот только звук услышали не только сестры. Лэйк едва успела пригнуться, когда над головой мелькнула зубчатая молния, от которой все волоски на теле встали дыбом, наэлектризовавшись разрядом. Со всей возможной скоростью она нырнула вниз, используя силу вращения для того, чтобы уйти от лобовой атаки ведунов.
Ряды анай так и не успели построиться, когда ведуны достигли необходимого расстояния для нанесения прямого удара. Воздух внезапно стал вязким, завибрировал от низкого глухого звука, что был слышен волчьим ушам Лэйк. Потом полыхнула ослепительная вспышка громадной десятизубой молнии, сорвавшейся с небес и упавшей куда-то слева от Лэйк. Следом за ней посыпались более мелкие молнии, соединив небо и землю в одно.
В глотке стало горячо и сухо, а тело чувствовалось буквально наэлектризованным силой. Пустив в себя зверя и мысленно взмолившись Роксане, Лэйк вышла из крутого вертикального пике и бросила себя вверх, прямо навстречу стахам.
Ведунов было чуть больше сотни, и небо вокруг них кипело от огня, льда и ветра. Неистово метались по нему рваные тучи, и их подбрюшья вспыхивали, окрашиваясь в цвета бушевавших под ними энергетических рисунков. Стахи зависли на разной высоте и просто расстреливали в упор войска анай, поливая их таким количеством молний и огня, что Лэйк ощутила, как ёкнуло в груди. Впрочем, воздушный вихрь, что мешал анай построиться, в какой-то мере и спасал их от прямого попадания ударов ведунов. Ведь любой строй сейчас становился легкой мишенью для направленного удара, а врассыпную еще был шанс хоть что-то сделать.
Раздумывать об этом у Лэйк не было ни времени, ни возможности. Навстречу ей неслись зубцы молний, ледяные копья, какие-то странные светящиеся алые полосы, которые разрывали ее сестер на части. Крылья гринальд бились за нее спиной, сильные, уверенные, гораздо лучше поддерживающие ее в воздухе, чем старые, огненные, и пока ей удавалось уходить от прямых ударов ведунов. Небо разрывал грохот, и в нем уже невозможно было услышать ничего: ни криков, ни звуков рогов, лишь рев очередного боевого рисунка.
