Следом за этим от Сейтара пришло ощущение сосредоточенности и стремления, словно извинение, что он больше не может поддерживать диалог. А потом он исчез из разума Леды, и та услышала его отдаленный хриплый вой, отзывающийся на прозвучавший до этого рог Псаря. Теперь она уже могла отделить голос Сейтара ото всех остальных и прочитать в его зове призыв. И знала, что сейчас он зовет всех сальвагов к лестнице и водопаду, чтобы сражаться с дермаками и Псарями там. Однако самой Леде было в другую сторону.
Перед глазами промелькнули воспоминания о том, как погибла Амала, о том, как они сражались плечом к плечу с Магарой против Псарей, о том, насколько тяжело биться с ними. Леда решительно отогнала все это прочь. Это не имело значения. Значение имело лишь одно: Торн там наверху стояла насмерть, и ей нужна была помощь, а здесь, внизу, Леде делать было абсолютно нечего. Сжав зубы, она открыла крылья и ударила ими по воздуху, взметая тучи пепла и дыма.
Источник Рождения
Найрин плела, и нити энергии под ее пальцами казались ей живыми. Она чувствовала их, жила ими изнути самой себя. Она плела живое полотно мира, и это больше не казалось ей чем-то удивительным, странным, необычным. Она просто была этим полотном.
Пески времени несли золотые песчинки, и Найрин, раскинув руки, плыла в их потоке, и те просачивались сквозь ее пальцы, ее волосы, сквозь каждую пору ее тела. Крохотные маленькие солнышки, бесчисленные вселенные, что казались песчинками, песчинки, что включали в себя целые вселенные, текли сквозь нее, без конца, а может, она текла сквозь них.
