Просто ради развлечения Лэйк втянула всем носом ее запах и вновь хмыкнула. От Магары пахло… нежностью. Азартом, безумием, невероятным возбуждением, как пахло всегда от молодых волков перед битвой, но каждый раз при упоминании имени Айи в ней что-то менялось, и запах становился другим. Мягким, нежным, как прикосновение пера, заботливым. И Лэйк внезапно рассмеялась, и на этот раз рассмеялась от души, вызвав этим удивленный взгляд Магары. Великая и ужасная дель Лаэрт, Любовница Самой Милосердной, непобедимая, удачливая и азартная Магара влюбилась по уши словно Младшая Сестра, едва-едва принявшая долор. И не в кого-нибудь, а в одноглазого сальвага, в ту самую Айю, которая когда-то едва не зарезала Эрис. Это отчего-то смешило Лэйк сильнее всего, и она позволила себе не сдерживаться.
— Ты чего ржешь? — угрюмо поинтересовалась царица Лаэрт, бросая на нее косые взгляды. На щеках ее внезапно прорезался легкий румянец, и Лэйк залилась еще больше. — Эй! Я с тобой говорю, бхара ты огненная! Что здесь смешного?
— Да ничего, Магара, — покачала головой Лэйк, кладя ладонь ей на плечо и чувствуя под пальцами недостающий кусок мяса, который частично и сделал ей ее славу. — Ничего. Забирай Айю, она твоя.
— Так просто? — глаза Магары подозрительно сощурились.
— А что в этом сложного? — пожала плечами Лэйк. Зверь внутри нее все-таки не удержался и слегка подался вперед, отчего явно увеличились клыки в ее рту, сверкнув двумя острыми жемчужинами прямо в лицо Магаре. — А насчет того, кто я, так это ведь еще доказать надо, не так ли? Можешь попробовать как-нибудь… если захочешь.
Улыбка на миг исчезла из темных глаз Магары, сменившись чем-то, что напоминало испуг, однако она справилась с собой и кивнула, протягивая Лэйк широкую мозолистую ладонь.
— Значит, по рукам?
— По рукам, — кивнула Лэйк, отвечая на пожатие. — Забирай ее. И желаю вам счастья.
На это Магара ничего не ответила, но и скалиться перестала. По-моему, впервые кто-то заткнул ей рот. И если ты все-таки умрешь сегодня, это будет достойной победой, после которой вполне можно уйти на покой. Роксана уж точно это оценит. Лэйк ухмыльнулась и отвернулась от царицы дель Лаэрт. На душе почему-то стало как-то легче, звонче, да и золото в груди запело громче, чем раньше.
— Наша основная цель: дать ведунам как можно больше времени, — Великая Царица оперлась на стол и поочередно вглядывалась в глаза всех присутствующих. Те смотрели в ответ, тихо, спокойно, серьезно. На этот раз никто не спорил, потому что спорить уже было не о чем. — Основное сражение будет происходить у Источников — Белого и Черного, именно там решится судьба всех народов Роура. Мы не сможем никак повлиять на эту битву: ни помочь, ни поддержать. Единственное, что мы можем сделать, — это оттянуть все внимание Сети’Агона на себя, заставить его думать, будто мы уверены, что основное сражение идет здесь, в Роуре. — Ее палец со стуком уперся прямо в центр карты, а взгляд стал тяжелым и пронзительным. — Сегодня решится судьба наших народов, и мы сможем искупить все ошибки, всю вину, что лежит на нас. Сегодня мы докажем здесь и сейчас, что никто, никто в этом мире не сможет сломить нас! Мы докажем, что гринальд не пали на развалинах Кренена, что их дух еще живет, и что Роур принадлежит нам и никому больше!
Царицы вскричали в ответ, выбрасывая вверх кулаки, закивали ведьмы и ведуны, царь Небо выкрикнул имя своего бога…
Ледяной ветер ударил Лэйк в лицо, с рычанием разметал ее волосы. Она щурилась, то и дело поглядывая на шагающих рядом с ней цариц. Первой шла Великая Царица, шла спокойно и уверенно, развернув плечи и вскинув голову, и золотое око Великой Мани Эрен горело в ее лбу, разбрасывая искры. По обе стороны от нее шагали Руфь дель Раэрн и Аруэ дель Нуэргос, и лица у них были суровые. За их спинами тянулся почетный эскорт из охранниц всех цариц, выстроившихся в линию по двое за спиной каждой царицы. А следом ковыляли закутанные в белое Способные Слышать.
Лэйк повернула голову влево, осматривая построившиеся вдоль расщелины в земле войска анай. Сейчас уже численность войск выросла, достигнув сорока с небольшим тысяч, причем количество представителей разных кланов было примерно одинаковым. Меньше всего было, разве что, Нуэргос: добираться им было дольше всех, и Боевые Целительницы, следящие за их передвижениями с помощью Грани, обещали, что войска прибудут дня через три, не раньше. Впрочем, это уже не имело значения. Если Нуэргос после войны останутся самым большим кланом, особой трудности это все равно не составит. Территории их плодородны, а война их почти не затронула. Кто-то ведь должен будет кормить все оставшиеся кланы на разоренных войной землях. К тому же, даже если они придут поздно и не успеют к основному сражению, от них все равно будет прок: помогать с ранеными, сворачивать лагерь, вести обоз в сторону дома.
