— Решено, — Питер вздохнул с облегчением. — Джон, давай закончим партию в шахматы. Мередит не испортила тебе настроение? — Все рассмеялись. Мужчины ушли в кабинет, оставив девушек с Элейн.
— Мередит Катлер, завтра вечером все должно быть в порядке. Ты будешь вежлива с Беном. И держись подальше от этого типа, Гастона.
— Он не тип!
— Иди в свою комнату. Твое возвращение будет означать, что ты решила разговаривать со своей матерью в уважительном тоне.
Мередит удалилась, оскорбленная до глубины души. Шеннон почувствовала себя виноватой за поддержку девушки.
— Я неправильно обращаюсь с Мередит, Элейн? — осторожно спросила она.
— С ней трудно поладить. Я рада, Шеннон, что она выбрала тебя своей наперсницей. Она знает, я осуждаю Гастона, и никогда не говорит со мной о нем. Но сейчас она в замешательстве. Боюсь, в этом случае я поступала неправильно.
Шеннон перевела дух.
— Элейн, вы знакомы с Гастоном?
— Да, — в глазах матери зажегся зловещий огонек. — Он заигрывал со мной. С женщиной, которая старше него в два раза.
Шеннон нахмурилась.
— Мередит при этом присутствовала?
— Присутствовала, но не замечала. Дело в том, что молодой человек флиртует с каждой женщиной, которую он видит. Это безобидный недостаток. Но говорят, что у него роман более чем с одной женщиной.
«Ничего себе, — подумала Шеннон. — Что можно ответить на это?» А вслух спросила:
— Слухи?
Элейн прикусила губку, явно смущенная.
— Обычно я не слушаю сплетен, но…
— Но эта касается счастья Мередит, поэтому?..
— Поэтому я ее выслушала. Похоже, Гастон Гарнье увлечен, по крайней мере, одной из матерей своих учеников. Более того, говорят, что все состояние семьи в руках этой женщины. Она привела Гастона в дом против желания своего мужа. Прости, Шеннон, что я повторяю сплетни.
— Если все это правда, то он — подонок! — Шеннон помнила, как ей было больно, когда она узнавала об увлечениях Колина.
— Подонок? — Элейн помолчала, потом разразилась звонким смехом. — Подонок! Это… это ему так подходит!
— Тише, — попросила Шеннон. — Если Джон услышит, что я говорю грубости, ему станет плохо.
— Он предупреждал, что у тебя дерзкий язык. Подонок… О!..
— Элейн, держите себя в руках. Мы говорим о Гастоне. Я рада, что он будет на обеде. Мы сможем понаблюдать за ним.
— Он будет флиртовать с тобой.
— Джон поколотит его, и все наши проблемы будут решены, — Шеннон развеселилась. — Ему нужно найти оправдание. Если он когда-нибудь узнает, что с вами заигрывают, он будет в ярости. Я уверена, что Питер тоже.
— Возможно. Не могу предсказать, что сделает Питер. Но Джонни — вылитый отец. Должно быть, в этом суть проблемы с Мередит. Ей также хочется острых ощущений, как ее отцу и брату.
— А ее мать? — улыбнулась Шеннон. — Не многие женщины отважатся пересечь океан с маленьким сыном на руках и дать жизнь новому человечку на новой чужой земле.
— Джонни рассказывал тебе о своем отце?
— Своенравном человеке, как и его сын? — Шеннон лукаво улыбнулась.
— Джонни никогда не любил, чтобы его сравнивали с Джеком, но сейчас… Шеннон, ты научила его любить. Он стал менее категоричным.
— То были тяжелые дни для вас.
— Я была оскорблена… была в ярости. Я любила Джека. Он… страшно ненадежный человек. В этом отношении Джонни полная противоположность отцу.
— Вам предлагали вернуться в Англию?
— И не один раз. Иногда мне казалось, что я остаюсь назло Джеку, но это не так. Джонни был нужен отец, — она внимательно смотрела на Шеннон. — Я была совсем одинока… часто мечтала о любви… неистовой, безумной… чтобы потом рассказать о ней Джеку. Но ничего такого не случилось. Я думала, раз он бродяга, он верен брачному обету. Представляешь мое удивление, когда я узнала, что у него есть вторая жена. А я все это время оставалась наивной преданной дурочкой.
— У вас есть Питер. Он боготворит вас и предан вам.
Элейн наклонилась к Шеннон и прошептала:
— Я всегда думала, что не смогу быть Питеру верной женой. Представляешь? Он… ну, едва ли подходит для романа.
— Хотя он очень привлекательный мужчина. Теперь понятно, почему вы долго не решались выйти за него замуж.
— Джонни ничего неизвестно об этом.
— Не беспокойтесь, от меня он ничего не узнает. Однажды я ему доверилась… В известном смысле жизнь сделала вам подарок. Вы замужем за Питером, и сейчас у вас есть ваша неистовая, безумная любовь. Как романтично!
— Разве?
— Питер обожает вас.
— Он очень почтителен. Грех желать лучшего мужа, но слово «неистовый» вряд ли… Ну, не обращай внимания.
Шеннон изумленно смотрела на Элейн. Неужели она правильно поняла тон и выражение лица этой женщины? Она сетовала на недостаток секса, на завуалированном языке семнадцатого века. «Почтителен» — значит, секса нет.
— Ас Питером вы говорили об этом?
— О чем?
— О занятии любовью.
— Шеннон, ради всего святого…
— Если бы вы видели, как он смотрит на вас!
— Я не сомневаюсь в его любви. Каким же образом мы поменяли тему? Мы говорили о Гастоне.
