— В каждом из этих ковчегов находятся мощи святых, — подтвердил мои догадки Воледар, но тут же дополнил: — Они будут защищать воев во время сражения.
А вот это уже может быть указания прямого функционала, а Воледар взволнованным голосом продолжил:
— Вон в том, — он указал на самый крупный крест, — мощи самого́ Святого Акинфия.
Тем временем ковчеги продвинулись по полю метров двести и остановились, а из леса начала выходить основная масса Святого Воинства. Сверкающие фигурки воев шустро мчались по полю, догоняя ковчеги. И пыль от тысяч ног тут же поднялась облаком над войском, затрудняя обзор. Но возникший ниоткуда ветер сдул эту взвесь в сторону, будто кому-то могущественному она тоже мешала наблюдать.
Разномастность войска бросалась в глаза, на это явно влияло то, что все эти вои из разных княжеств. Тем не менее они обступили ковчеги и выстроились в ширину примерно на километр в единый фронт, изобразив некое эшелонированное построение.
Я впервые наблюдал разных по функционалу применения воев. В этом построении были видны как вои ближнего боя, так и лучники, но еще хорошо заметны пикинеры, которых я раньше нигде не встречал. Наверняка еще имелась и градация тяжелой и легкой пехоты, но с такого расстояния подтвердить эти догадки не представлялось возможным.
Позади пешего построения виднелись и орудия, которые мне так и не довелось лицезреть воочию, напоминающие своим видом пушки. Именно их работу я слышал, когда впервые оказался в Ручейково.
Здесь, в Беловодье, так и не открыли повторно порох, поэтому принцип действия этих орудий мне не был известен. Воледар же сказал, что о том ведают только чародеи, на этом я на время оставил эту тему. Тем не менее можно было догадаться, что эти пушки довольно сложны в производстве, так как их всего штук пятьдесят на всю стотысячную армию.
И наконец в арьергарде войска встала кавалерия, разделенная на отдельные формирования с разным количеством всадников. Скорее всего, конные отряды возглавляли князья, и, соответственно, каждый привел с собой разное количество конных воев. И Воледар подтвердил мою догадку, когда я спросил об этом.
— В первой линии, — Воледар повел пальцем вдоль той самой линии, — стоят святороки, именно они вступят в бой первыми.
И действительно, впереди построения виднелась жиденькая полоска из воев, полностью покрытых чаровыми щитами. Я уже видел их в полном облачении на площади, когда выкупил жизнь Воледара.
Я рассматривал развернувшийся строй, а в моей голове рвались шаблоны. Никогда не мог себе представить, что армия с мечами, луками и лошадьми будет сражаться против высокотехнологичной, полностью механической армии, и от этого волосы шевелились на голове.
Наконец построение было закончено, и Святое Воинство пошло вперед, медленно разделяясь на две части. И я решил, что это лучшее время для задуманного. Достал из рюкзака еще одну деревянную коробку с ключом на ее поверхности и, подобрав конец антенны, начал накручивать его на торчащий из коробки контакт.
Посчитав, что соединение достаточно надежное, я посмотрел на остальных зрителей этого театра. И пока они были увлечены зрелищем, я всего лишь на короткое мгновение замкнул ключ и сразу же стал отсоединять антенну. Когда закончил и посмотрел на город, там, где-то в центральных районах, уже вовсю переливалось разными красками дыхание дьявола.
В это мгновение мне отчетливо представилась картина, как к аптекарской лавке, хозяином которой был некто Борен, бежали несколько десятков воев из гарнизона и ведомники. И особенно ярко увидел в мыслях лицо этого урода, который наверняка отпраздновал, что все же избавился от Васимира.
— Ну вот и посчитались, Борен, — тихо проговорил я, улыбнувшись.
Дело было сделано, и я перевел внимание на войско людей, а затем поднял взгляд в небо над ним и увидел то, что все эти дни пытался отыскать над лагерем.
— Воледар, смотри. — Я указал на десяток черных точек, висящих прямо над Святым Воинством. — Это наблюдатели.
Но, видимо, вид объединенной армии Беловодья настолько его впечатлил, что он без особого энтузиазма взглянул на дронов, а после снова уставился на поле боя, сжимая и разжимая кулаки. Воледару явно хотелось оказаться там, в первых рядах, со своими братьями святороками.
Слегка наклонившись вперед, я посмотрел на еще трех наблюдателей и увидел тот же блеск в глазах, что и у Воледара. Похоже, только мне кажется, что здесь что-то не так. Элемийский ИскИн точно видит противника. Более того, он точно знал его численность и местонахождение задолго до начала битвы, но ничего так и не предпринял.
Предчувствуя беду, я весь сжался, а сердце заколотилось с бешеной скоростью.
— Господи, помоги им, — прошептал я одними губами.
Обойдя с двух сторон город, Святое Воинство устремилось на врага в сходящихся к центру атаках.
— Смотри, смотри! — закричал Коготь, слегка привстав на стуле и указывая на армию людей.
