Меня посетила еще одна догадка, и я, отпрянув от святорока, уставился на очередную подлетающую ракету. Вспышка! Барьер снова отразил удар, но на этот раз небольшое количество энергии взрыва все же просочилось — и внутрь брызнула огненная шрапнель. И в этот момент случилось непоправимое.
— Смотри! — крикнул пришедший в себя Воледар, указывая в точку над поселением.
Я перевел туда внимание и увидел, как гигантский крест, висящий в воздухе, вдруг стал крениться вбок и назад, а через мгновение эта многотонная конструкция полетела вниз. Первым удар принял на себя храм, и крест, не уступающий ему размером, легко проломил свод, но лишь на мгновение задержался на месте и через секунду рухнул вниз, скрывшись за стеной и подняв облако пыли.
— Господи… — медленно прошептал я. — Сколько же там было народу?
Тем временем еще одна ракета практически прошла барьер, но все же была задета и уже взорвалась внутри. А вот следующая свободно пролетела защиту, и через мгновение над стеной поднялся гриб огня и пыли. Дальше обстрелу уже ничего не мешало, и вскоре над сельбищем уже висело густое облако дыма, которое подсвечивалось бликами от пожарищ.
Единственное, что приходило мне на ум, когда я глядел на все происходящее, — это локальное истощение того механизма, который позволяет пользоваться чарами и даром. Элемийские ракеты попросту перегрузили систему. Вот все и отключилось, перенаправляя все доступные ресурсы на поддержания щита. Интересно, какой радиус зоны истощения?
Мы с Воледаром наблюдали продолжающуюся бомбардировку, не проронив ни слова, а что еще мы могли сделать? Тут даже врагов видно не было, чтобы хотя бы напугать их палкой, как я это сделал при первом появлении на людях.
И тут будто мои мысли услышали. Обстрел стих, а с южной стороны, над верхушками деревьев, появились черные точки, которые с каждой секундой увеличивались в размерах. Я даже присел, когда понял, что это, — на моих глазах на штурм поселения шли два десятка десантных бота. Но опять-таки странной конструкции: корпус, несомненно, от стандартного элемийского штурмового бота, а вот двигатели обычные атмосферные, выглядевшие несуразно при такой компоновке.
— На таких небесных кораблях вы сражаетесь с железодеями? — спросил Воледар, не отрывая глаз от штурмовых ботов.
— Нет. Эти корабли просто букашки по сравнению с тем, на котором я прилетел.
Но все же это уже была авиация, не хватает только ударных машин. На этой мысли я невольно осмотрел небо, ожидая увидеть ударную авиацию, но там было пусто. Тем временем штурмовые боты пересекли границу леса и полей, которые окружали Ручейково, и я заметил, как там, на опушке, стали падать деревья, а из леса начали выползать бронированные туши элемийских постановщиков щитов. И как только они оказались на свободном пространстве, тут же принялись за то, ради чего их и создавали, — разворачивать плазменные щиты.
А вот и роботизированная пехота появилась, укрывающаяся за спасительным зонтиком. Только мне кажется, что сейчас это уже лишнее, — уверен, что ответного огня не будет. Все оружие местных основано на чарах, и теперь они полностью беззащитны.
Я оказался прав. Боты беспрепятственно перелетели через стены и сели где-то там, в поселении. Сразу же добавились вспышки света от взрывов и стрельбы. А наземные силы разделились на три группы: центральная двинулась по прямой к южным воротам, а одна из фланговых — к восточным. Уверен, что вторая фланговая группа направилась к западным воротам, но отсюда не было видно. Через десять минут постановщики щитов восточной группы начали втягиваться внутрь поселения.
Неожиданно из северных ворот вылетело несколько плазменных сгустков, ударив вдоль дороги. А через мгновение оттуда повалила толпа. Люди пытались разбегаться в стороны, как только оказывались снаружи. Было и немало всадников, которые, не разбирая дороги, стремились ускакать как можно дальше от смертельной угрозы. Но людей было очень много!
Давка уносила много жизней, но еще больше уносили плазменные сгустки, которые постоянно влетали в толпу спасавшихся людей, проделывали целые просеки. И если, до этого момента все эти разговоры и гипотетические угрозы от железодеев я воспринимал как-то отстраненно, то теперь видел воочию, что эти твари действительно дьявольские отродья.
Я сжимал кулаки до побеления костяшек и скрежетал зубами, наблюдая это побоище. Злость и ярость кипели у меня внутри, и последней каплей стала мысль, что где-то там Васимир и Сергут.
— Мы должны им помочь! — крикнул я и намеревался уже выскочить из кустов, но тяжелая рука легла мне на плечо.
— Нет, Дамитар, им уже ничем не поможешь, — настойчиво сказал Воледар, продолжая меня удерживать.
— Пусти, я приказываю! — крикнул я и дернул плечом, чтобы освободиться.
Это мне удалось, и я даже сделал пару шагов, но в то же мгновение ощутил удар в затылок, резкую боль — и наступила темнота.
