Прямо сейчас Бакли выглядел, как проклятый бог, и мои гормоны были уже на грани нервного срыва. Что же будет ночью?
– Я думала, в Лос-Анджелесе кабриолеты привлекают только туристов и жителей отдаленных пригородов, – ухмыльнулась я, лаская рукой теплый металл. – Решил произвести впечатление?
– И в этот раз я как следует постарался, – Эйден похлопал рукой по соседнему сидению. – Прыгай, сладенькая, и не забудь пристегнуться.
Полуденное солнце медленно клонилось к западу, а наша машина двигалась на северо-восток, в сторону маленьких пригородов, которые прятались от палящего калифорнийского солнца в холмах. Горячий ветер безжалостно трепал наши волосы. В айпаде через колонки играла «Going to California» Led Zeppelin. Эйден выглядел расслабленно и непринужденно. Синие глаза скрывались за темными стеклами очков, а губы то и дело растягивались в ослепительной улыбке. Он расспрашивал меня о детстве, школе, съемках в ситкоме, который принес мне популярность, и даже отвечал на некоторые мои вопросы.
Когда мы приехали в Альтадену, Эйден сбросил скорость, и мы медленно поползли вверх по узкой дороге, которая изгибалась в зарослях пальм. Нас окружал прекрасный пейзаж: город утопал в зелени, воздух казался гораздо чище, а по длинным улицам, вдоль маленьких однотипных домиков не спеша прогуливались люди. Мы проехали мимо крупного фермерского рынка и свернули на трассу, с которой открывался живописный вид на холмы.
– Ого, – воскликнула я. – Неужели нас ждет кемпинг?
– Хейли, важнее не что нас ждет, а кто, – загадочно ответил Эйден.
– Кто? Кто? Кто? – я нетерпеливо запрыгала на сиденье, как маленький ребенок.
– Скоро узнаешь.
Мы выехали из Альтадены, проехали еще несколько миль, а затем Эйден свернул на стоянку. Он отыскал свободное местечко среди рядов мирно стоящих под солнцем машин и сказал, что дальше мы пойдем пешком.
– Вкусняшки? – оживленно спросила я, когда Бакли вытащил из багажника корзинку для пикника.
– Все, что ты любишь.
– Я все люблю…
– Я знаю, – рассмеялся Эйден и натянул мне на голову желтую бейсболку с логотипом баскетбольного клуба «Лос-Анджелес Лейкерс».
– Эй, вообще-то я болею за даллаский «Маверикс»!
Эйден прижал руку к груди, изображая сердечный приступ.
– Прости, енотик, но мы не можем быть вместе.
– Еще как можем, по крайней мере до следующего игрового сезона, – я встала на носочки, перевернула кепку козырьком назад и поцеловала его.
Бакли прижал меня к раскаленному капоту, углубляя поцелуй, и я зарылась пальцами в его мягкие густые волосы. Почувствовав вибрацию в его шортах, я прервала поцелуй.
– Боже, скажи, что это телефон!
Эйден расхохотался, доставая мобильный из кармана, и ответил на звонок.
– Да… Скоро будем… Нет, не сказал… Спальных мест хватило?.. Отлично!..
– Мест? – я удивленно уставилась на Эйдена, когда он прервал звонок. – Там много людей?
– М-м-м… думаю, около девяти, может больше.
– Ничего себе… Конечно же, ты мне не скажешь, кто именно?
– Неа, – Бакли закинул на плечо широкую спортивную сумку, взял корзинку с едой, и мы вышли на змеевидную песчаную тропу.
Спустя несколько часов я уже была готова от усталости умереть прямо на дороге, но тут перед нами выросла большая деревянная табличка с надписью: «Добро пожаловать в Хеннингер-Флэтс!», и я облегченно выдохнула:
– Спасибо тебе, Господи!
Из маленькой сторожевой будки выглянул пожилой мужчина в зеленой форме и кивнул нам.
– Проходите, ребята. Ваша компания в третьем лагере.
– Спасибо, Дик, – поблагодарил его Эйден, и тот отсалютовал ему банкой колы.
– Ты что, работаешь от солнечных батареек? – спросила я.
– Почему ты так решила?
– Мы преодолели около пяти миль, поднимаясь сюда пешком под адским солнцем, а тебе хоть бы что! Почему я сейчас похожа на старую больную лошадь, которую пора пристрелить, а ты словно сошел с рекламы спортивных товаров? Весь из себя такой свежий, бодрый…
– В отличии от некоторых, я не халтурю в тренажерном зале, – ухмыльнулся Бакли.
Я проигнорировала его слова, с наслаждением вдыхая свежий прохладный воздух, и немного замедлила шаг, осматриваясь по сторонам. По огромной территории всюду были разбросаны разноцветные палатки, кое-где, между высокими старыми соснами – натянуты гамаки. Кто-то вдалеке играл на гитаре. Людей было много, но все компании находились на большом расстоянии друг от друга, не нарушая атмосферу уединения.
– Почти пришли.
Эйден подошел к обрыву, возле которого стояло несколько оранжевых палаток, поставил сумку на деревянную скамейку и снял солнечные очки. Я застыла от изумления. С вершины холма открывался вид на окутанный смогом Лос-Анджелес. Удивительно, что от этого зрелища у меня не закружилась голова, как в том ресторане с панорамными окнами, на семьдесят первом этаже. Скорее наоборот, я почувствовала себя так, будто мне вкололи дозу адреналина. Даже усталость куда-то испарилась, прихватив с собой ноющую боль в ногах.
– Спенсер!
