— Отличная идея, спасибо.
— Надеюсь, что билеты ещё не распроданы.
— Я бы уже знал об этом.
Я вздохнула.
— Есть ещё кое-что, о чём ты хотела меня спросить, — сказал он.
Я нахмурилась. — Всё-то ты знаешь.
— Я прекрасно читаю по твоему лицу, много практиковался. Спрашивай.
Я закрыла глаза, и прижалась к Эдварду, пряча лицо у него на груди. — Ты не хочешь, чтобы я стала вампиром.
— Нет, не хочу, — сказал он мягко, ожидая продолжения. — Это не вопрос, — подсказал он.
— Ну… я переживаю… почему ты не хочешь?
— Переживаешь? — он с удивлением произнес это слово.
— Ты скажешь мне почему? Всю правду, не боясь обидеть меня?
Минуту он раздумывал.
— Если я отвечу вопрос, ты объяснишь мне, почему ты его задала?
Я кивнула, всё ещё пряча лицо.
Он сделал глубокий вдох, прежде чем ответить. — У тебя всё могло бы быть гораздо лучше, Белла. Я знаю, что ты веришь в то, что у меня есть душа, но сам я не совсем убеждён в этом, и рисковать твоей… — он медленно покачал головой. — Для меня, позволить тебе это — позволить стать тебе той, кем являюсь я, лишь-бы не потерять тебя никогда — является самым эгоистичным поступком, который я только могу себе представить. Я хочу этого больше всего на свете, для себя. Для тебя же, я хочу гораздо большего. Поддаться своему эгоизму — кажется преступлением. Это будет самая эгоистичная вещь, которую я когда-либо сделаю, даже если буду жить вечно.
— Если бы существовал какой-либо способ для меня стать человеком, ради того чтобы быть с тобой — не важно, какова была бы цена — я бы заплатил её.
Я сидела неподвижно, переваривая сказанное.
Эдвард думал, что ведёт себя эгоистично.
Я почувствовала, как улыбка появляется на моём лице.
— Значит… ты не боишься, что ты не будешь… любить меня, так же сильно, когда я стану другой — когда я не буду мягкой и тёплой, и мой запах изменится? Ты действительно хочешь быть со мной, независимо от того, какой я стану?
Он резко выдохнул. — Ты переживала из-за того, что ты мне разонравишься? — возмутился он. Но, прежде чем я смогла ответить ему, он рассмеялся. — Белла, для человека с довольно сильной интуицией, ты иногда бываешь такая тупая!
Я знала, что ему покажется это глупым, но я испытала облегчение. Если он действительно хотел быть со мной, я смогла бы пройти через остальное… как-нибудь. Слово «эгоист» вдруг показалось таким красивым.
— Я не думаю, что ты представляешь, насколько легче мне станет, Белла, — сказал он, с ноткой юмора в голосе. — Когда мне не придётся концентрировать всё своё внимание на том, чтобы не убить тебя. Конечно, будут вещи, по которым я буду скучать. Например, это…
Он посмотрел в мои глаза и погладил мою щёку, и я почувствовала, как кровь прилила, чтобы подрумянить мою кожу. Он нежно засмеялся.
— И звук твоего сердца, — продолжил он серьёзно, но всё ещё слегка улыбаясь. — Это самый замечательный звук в моём мире. Мой слух настолько настроен на него, что готов поклясться, смогу различить его, даже находясь в километрах от тебя. Но все это не имеет значения. Вот это, — сказал он, беря моё лицо в свои руки. — Ты. Вот, что я хочу оставить. Ты всегда будешь моей Беллой, просто ты станешь немного долговечней.
Я вздохнула и позволила своим глазам закрыться от удовольствия, замирая в его руках.
— А теперь ты ответишь на мой вопрос? Всю правду, не боясь обидеть меня? — спросил он.
— Конечно, — сразу ответила я, широко открывая глаза от удивления. Что же он хочет узнать?
Он медленно проговорил: — Ты не хочешь стать моей женой.
Моё сердце остановилось, а затем бешено застучало. Холодный пот выступил на спине, а руки превратились в ледышки.
Он ждал, наблюдая за моей реакцией.
— Это не вопрос, — в итоге прошептала я.
Он посмотрел вниз, его ресницы отбрасывали тень на скулы, убрал руки с моего лица, и взял меня за ледяную руку. Говоря, он перебирал мои пальцы.
— Я переживаю по поводу того, почему ты так чувствуешь.
Я попыталась сглотнуть. — Это тоже не вопрос, — прошептала я.
— Пожалуйста, Белла?
— Правду? — одними губами спросила я.
— Конечно. Я смирюсь со всем, что бы это ни было.
Я глубоко вздохнула. — Ты будешь смеяться.
Он пораженно уставился мне в глаза.
— Смеяться? Не могу представить себе этого.
— Вот увидишь, — пробормотала я, а затем вздохнула. От досады, моё лицо превратилось из белого в красное.
— Ну, хорошо! Я уверена, что тебе это покажется шуткой, но это действительно так…так…так стыдно! — призналась я, и вновь спрятала своё лицо на его груди.
Возникла короткая пауза.
— Не понимаю.
Откинула голову назад, я сердито посмотрела на него, смущение заставило меня зло наброситься на него:
— Я не такая девушка, Эдвард. Не та, которая выходит замуж сразу после окончания средней школы, как какая-то деревенщина из маленького городишки, залетевшая от своего бой-френда! Что подумают люди? Ты осознаёшь, какой на дворе век? Люди не женятся просто так в восемнадцать лет! Умные, ответственные, зрелые люди так не делают! Я не мечтала об этом! Я не такая… — запал прошел и я замолчала.
Эдвард с непроницаемым видом обдумывал мой ответ.
— Это всё? — в конце концов, спросил он.
