Ноги едва держали ее, поскольку в этом импровизированном, вертикально располагающемся гробу не было места ни чтобы присесть, ни чтобы прилечь. В какой-то момент узницу даже посетила спасительная мысль о том, что, может быть, она, наконец, умрет прямо здесь и сейчас и не будет испытывать всех этих страданий. Ее собственный организм, однако, будто бы в насмешку над ее желаниями сопротивлялся этому освободительному исходу. Он изо всех сил пытался сохранить сознание и жизнь, заставляя и без того перегруженный мозг с каждой новой секундой переживать за свою сохранность все больше и больше.
Казалось, у путницы уже начались галлюцинации из-за боли во всех внутренних органах, недосыпания и общего состояния подавленности и страха, что и вырисовывали странный геометрический лиловый узор на внутренних стенах карцера. Мозг путницы этот паттерн интерпретировал как сеть гигантской паутины, что оплетала не только это пыточное помещение, но и раскинулась далеко за его пределы. Казалось, эта сеть выходила за рамки тюрьмы, опутывая собой как целую планету, так и все пространство, включая самые отдаленные звезды вокруг нее.
Таким нехитрым образом сознание заключенной еще раз вернулось к тому сновидению, которое на короткий миг, когда ей удалось немного подремать, все же вновь захватило целиком и полностью фокус ее внимания. В этом царстве подсознания узница была заключена между двумя полюсами гигантского невидимого вселенского магнита посреди пустоты, где с одной стороны ее притягивала силы вечной тьмы, а с другой — тысячи ослепительных солнц. И определить на самом деле, что являлось чем, было крайне затруднительно, поскольку в какой-то момент свет стал настолько невыносим, что и сам превратился в кромешную тьму. В то же самое время коварная тьма стала казаться не такой уж и непроходимо темной, даже уже несколько напоминая сам свет. Его лучи на деле оказались лишь остаточным воспоминанием, что накладывалось сверху на это безусловное зло, которое только и ждало момента, чтобы навалиться всей своей массой на новую жертву.
Так путница уже напрочь позабыла как о той паутине энергии, в которой она запуталась, так и о той твари, что ее сплела. Ведь она сама непосредственно и находилась в этом самом темном уголке космоса. А потому путница даже не успела среагировать, когда эта черная дыра аннигилировала, вновь приняв форму бетонной коробки, в которой она находилась. Более того, это помещение и стало самым настоящим порталом в ад, когда двери карцера распахнулись. Оттуда к девушке, которая была не в состоянии даже закричать, уже потянулась черная рука, которая, грубо схватив ее за волосы, мощным рывком вытянула наружу. После этого железные врата чистилища с грохотом закрылись, и их насмешливо звучащее дребезжание продолжало преследовать путницу все то время, пока ее буквально волокли по коридору к месту ее очередного ни на секунду не прекращающегося истязания.
Дверь позади захлопнулась слишком громко из-за сквозняка, а потому собравшаяся аудитория тут же обратила свои любопытные взгляды в сторону вошедшего. Если быть точнее, то именно та часть, что не была в данный момент занята обработкой информации через свои чипы. Их фокус внимания в данный момент находился далеко за пределами данного помещения, хотя внешне и казалось, что они просто сидят с закрытыми глазами и медитируют.
