— Лихой, стоять! — велел Смирнонрав, вставая с конем между спорщиками — Нашли время друг другу грозить оружием! Молний! Давай не горячись тоже!
— А что, светлый князь! — спросил Лихой — Я не обязан каждому встречному верить! Я мертвых злыдней своими глазами видел! Они ведь — кивнул он на Молния и спутников — и ошибиться могли.
— Каждому встречному ты верить не должен. — согласился князь — А этим верь. Я им как себе верю. Они — люди великие. Их учитель победил самого Ясноока. Ты это должен знать.
— А насчет того, что мы можем ошибиться, — сказал Рассветник, кажется, всегда самый рассудительный — так ты сам подумай, боярин: Кто злыдней видел хоть раз, тот когда-нибудь, с кем-нибудь их перепутает? Тебе ли их не знать?
Лихой молча посмотрел на Рассветника.
— Да, так, господа. — пошел он на попятную — Не обессудьте.
— Добро. — сказал Молний, но продолжал коситься на Лихого исподлобья.
С тем и продолжили прежний путь.
— Злыдня в Новой Дубраве убил — это тот новенький, что с вами? Заметил я его. — сказал князь — Расскажи, как там дело было?
— Путь лучше брат-Расветник расскажет. — ответил Молний — А то к их столу успел, когда уже последние корки доедали.
Рассветник снова стал рассказывать прежнюю историю. Князь слушал. Слушал и Лихой. Воины вокруг собрались теснее и приумолкли.
Так, между рассказами и разговорами, проходили час за часом. Скоро начало и смеркаться. Отряд заночевал прямо посреди поля, где застала темнота, а с первыми лучами солнца немедленно двинулись дальше.
Утром не проехали и пяти поприщ, как на дороге впереди показался одинокий всадник. Конь под ним летел во весь опор, рядом бежал запасной. Столб пыли поднимался следом в небо на четыре обхвата.
— Должно быть, вестник. — сказал Смирнонраву Лихой. — Остановим? Он, должно быть, из Струга?
Встречный вершник к отряду не направился, а свернул с дороги, и стал объезжать его, делая широкий крюк.
— Стой! — закричал ему Лихой. — Стой, кому говорят!
Всадник придержал коня.
— Кто вы такие? — крикнул он издалека.
— А ты кто такой, чтобы нас допрашивать? — ответил Лихой — И почему повернул с дороги?
— Я гонец. Еду по приказу княгини, и мне строго приказано не задерживаться. А неизвестных приказано беречься. Что вам?
Смирнонрав выехал вперед.
— Я Смирнонрав, князь засемьдырский, сын князя Светлого, и родной брат вашего князя. Еду в Каяло-Брежицк, ему на помощь. Какое у тебя дело можешь не говорить — кто тебя послал, тот мне и сам скажет, если надо. Отвечай: были от Мудрого известия из Дикого Поля?
Посланник помолчал немного, словно раздумывая, стоит ли доверять этим пришельцам. А потом, все так же не приближаясь, крикнул в ответ:
— Есть известия, светлый князь. С этим и спешу в Храбров. Мудрый со всем войском побито недалеко от Каили. Разбили его злыдни, и теперь с ыканским войском идут на Каиль.
— А сам князь где? — крикнул Смирнонрав
— Про это ничего не знаю.
— Точно ли там злыдни были? — спросил Молний. — Или врут все про них?
— Я говорю то, что мне княгиня велела воеводе Месяцу передать. — ответил гонец — Сам я там не был, и не видел ничего.
— Ладно, скачи быстрее! — крикнул Смирнонрав — да скажи Месяцу от меня, чтобы поторапливался!
Гонец ускакал дальше, а Смирнонрав, Лихой и Молний держали короткий совет:
— Раньше мешкать нечего было, — сказал Молний — а теперь уже совсем нечего. Теперь нам только коней загонять, да как себе хочешь, а к закату быть в Каяло-Брежицке.
— Думаешь, он правду сказал про слуг затворника? — спросил Смирнонрав.
— Он сказал, что ему велели, светлый князь. — ответил Молний — А я про этих волчьих выблядков уже давно слышу, и Старший на Белой Горе про них давно знал, с тем ведь он и Козла к тебе послал.
— Да, Козел так передавал. — согласился князь. — Тогда и правда, надо вдвойне спешить.
— Надо только вот, что сделать: — предложил Молний — Если нам со злыднями встречаться, то и им с нами.
— Это понятно, ну и что? — спросил Лихой.
— То, что они не так просты, и вряд ли о твоем приезде, светлый князь, не узнают заранее. — сказал Молний — да и о нашем то же.
— Так что делать? — спросил Смирнонрав.
— Вот, что: Для начала попробуем им глаза отвести. Нам надо самим двинуться вперед, а позади кого-нибудь оставить. Какая лошадь у тебя похуже, князь?
Отобрали подходящую лошадь. В два счета свалили у дороги дерево и отпилили от него короткую, в треть обхвата, колоду. Колоду Молний поставил на землю, что-то над ней минуту пошептал, а потом сказал отрокам:
— Грузите ее теперь на коня, прямо в седло сажайте, да примотайте покрепче! А ты, светлый князь, дай мне твой плащ, и шапку.
Пень, водруженный на лошадь, Молний обернул княжеским плащом и нахлобучил сверху шапку.
— Вот такой — сказал он, довольный своим созданием — у нас деревянный князь будет!
— На кой это? — спросил Лихой.
— Это для наших злыдней. Для их колдовского взгляда.
— Думаешь, примут его за меня? — спросил Смирнонрав — Не очень-то похоже ведь!
— Даст Небо, примут. — сказал Рассветник — Колдовское зрение не такое, как обычное.
