Одного взгляда на Никса было достаточно, чтобы понять, чего он хочет. Он взял в привычку потирать руки и слишком часто оглядывался назад, отчего выглядел настороженно. Принц Лесного двора вел себя так с того момента, как мы покинули лес. С того самого момента, как увидели уничтоженный клочок земли.
Словно какую-то часть его души тоже уничтожили.
Поэтому я и удивилась, когда он, резко выпрямившись, дернул поводья своей кобылы, направив ее по одной из тропинок.
– Нет, – произнес Никс, задержавшись, чтобы посмотреть на потемневшее небо. – Нужно идти дальше. Как сказал Калдамир, мы и так потеряли много времени.
– Сначала нужно понять, какая из тропинок
Таллула кивнула и направилась к лошади, приступив к тяжелой задаче: ей пришлось сперва снять все свое оружие, чтобы добраться до содержимого сумок.
Со своего мула я наблюдала, как Калдамир садится на лошадь.
– И как же мы поймем, какая тропинка нам нужна? – подал голос Тетис откуда-то сзади. Он держал пустую флягу, его губы покрылись трещинами из-за жажды.
– Это единственная тропинка, по которой сможет пройти лошадь, – отвечал Калдамир, подъезжая к дорожке, в сторону которой чуть раньше направился Никс. Не успел он проехать и десяти футов, как Ринн недовольно остановилась.
– Я могла бы сама сказать, протиснусь я или нет, – сказала кобыла, упершись копытами в землю, когда он попытался подтолкнуть ее вперед.
– Ну что ж, тогда показывай дорогу.
Калдамир отпустил поводья и подождал, пока Ринн сойдет с тропинки и начнет обходить все остальные, останавливаясь в начале каждой из них по очереди, прежде чем, наконец, двинуться дальше. Она почти полностью исчезла из виду, и только ее подрагивающий хвост мелькал в блеклых лучах света.
– Вот она.
Калдамир даже не усомнился в ее решении. Он развернулся, сидя в седле, и жестом показал нам следовать за ним.
– Где факелы? – спросил он у Таллулы как раз в тот момент, когда мы обернулись на нее: она внезапно остановилась, по ее лицу пробежал испуг.
– Армин, – тихо произнесла она. – Они должны быть у него.
Страх остаться в темноте продлился недолго, потому что один из следопытов привлек внимание Калдамира.
– У нас есть несколько, – сказал следопыт, порывшись в сумке и вытащив два факела. Один из них он передал своему спутнику, который тут же пристроился в хвосте группы. Второй он далее нес сам – вскочив на лошадь, он зажег его и, обогнав Калдамира, встал во главе процессии.
Калдамиру это не понравилось, как и всем нам, но единственным выходом, что еще оставался, был вариант одиноко ждать в темноте, и этот вариант никто из нас не хотел выбирать.
Особенно когда выяснилось, что здесь мы были не одни.
Тетис заметил это первым. Запрокинув голову, он всматривался в сгустившуюся темноту в попытках разглядеть звезды на крошечном кусочке неба, нависшем над каньоном. Он нахмурился, как будто что-то было не так.
– Что случилось? – спросила я, посмотрев на него.
Какое-то мгновение он силился что-то понять, и вдруг его осенило:
– Это не звезды, – тихо произнес он. Его голос был не громче шепота, когда Калдамир растерянно оглянулся, и ему пришлось повторить свои слова. Указав на крошечные точечки света над головой, он сглотнул. – Это отродья. Пламя факелов отражается в их зрачках.
Сверху на нас пристально смотрели сотни глаз. Крошечные, белые точечки.
Они усеивали стены, дикие, неотличимые от настоящих небесных тел звезды.
Только Калдамир казался невозмутимым.
– Верно. Всего лишь отродья, – сказал он, кивнув в сторону следопыта, возглавлявшего наш отряд. – Если не хотите остаться и выяснить, какие именно из них расположились там, предлагаю поторопиться.
Тон Калдамира оттенял биение моего сердца, которое готово было выпрыгнуть из груди. Его стук эхом отдавался в ушах, а живот сводило от малейшего треска высохшей земли и камней под копытами моего мула. Мне мерещилось, что уже сейчас выползет какое-то существо из темноты.
Мы продолжили двигаться вперед верхом на лошадях, теперь нас окружала совершенно иная тишина. Я старалась не смотреть вверх, но ничего не могла с собой поделать. Несмотря на свет факелов, мерцавший впереди и позади нас, я очень часто оказывалась в самом сердце темноты. Спустя два узких поворота я на какое-то время осталась один на один со своим мулом, зажатая между двух тусклых огней, окруженная монстрами.
Мне показалось, что я заметила одного из них – огромное, похожее на летучую мышь существо вдвое меньше меня, – но голос, неожиданно раздавшийся поблизости, снова вернул мое внимание на тропинку.
Это был Калдамир.
Они с Таллулой поменялись местами, и теперь он ехал прямо передо мной.
