Я всего лишь смиренная слуга Иисуса Христа и всем сердцем поклялась в преданности его Священным Писаниям. Теперь я отвергаю папское идолопоклонство и ложное почитание святых, которые были важной частью моей прежней жизни. Эта новая духовность день за днем укрепляет во мне глубокую преданность Его словам и Его благодати. Но вы, милостивый государь, не так хорошо усвоили святое слово Христа. Написано, что такова воля Господня, чтобы вы были святы и воздерживались от непристойностей, и каждый должен знать, как содержать свою душу в святости и чести.
Поэтому, пожалуйста, прошу вас воздержаться от дальнейшей переписки.
Да хранит вас Господь, месье. Я желаю вам многих благ и чтобы вы обрели счастье, как обрела его я,
M de la F.
Париж
19 апреля 1569 года
Второе письмо оказалось типичным вежливым отказом пылкому ухажеру, в котором, кроме всего прочего, содержалось заявление о преданности протестантству. Ни слова об изумруде. Разочарование окутало меня с головы до пят. Старенький ноутбук продолжал зависать, и мне пришлось несколько раз его перезагрузить. Я сохраняла информацию каждые две минуты.
Спустившись вниз, я приготовила себе эспрессо. Вернувшись в комнату, я осушила кружку одним глотком и взяла из шкатулки другое письмо. В первой же строке я увидела слово «долг». Северина упоминала что-то о долге, связанном с изумрудом. Я снова ощутила надежду.
Месье Фальконе,
Я пишу, чтобы поблагодарить вас и заверить, что нахожусь у вас в долгу. Вы были так добры, что предложили мне убежище, в котором я отчаянно нуждалась, не задавая мне никаких вопросов. Я бы не стала вас беспокоить, если бы не считала, что моя жизнь и жизнь моих детей в опасности. Если бы не мои дети, я бы с готовностью приняла мученическую смерть, но они не должны страдать только потому, что я воспитала их в своей вере. Ужасные события последнего времени заставили меня понять, что после смерти моего мужа мы остались одни в этом мире, и это утраивает мою благодарность вам.
Полагаю, в недалеком будущем мне, возможно, снова придется положиться на вашу доброту. Могу я обратиться к вам?
Фортуна – переменчивая госпожа: она легко предает тех, кто цепляется за то, что они считают ее обещаниями.
Я снова тысячу раз благодарю вас, мой друг, если позволите,
Мадлен,??? сентябрь 1572 года
1572. Год резни в День святого Варфоломея. Двадцать четвертое августа. Письмо же было датировано сентябрем.
Мадлен!
При упоминании имени неуловимой «мадам» у меня по спине пробежал холодок. Итак, Томмазо спас жизнь протестантке Мадлен и ее детям. Почему бабушка Северины настаивала на том, чтобы ее внучка хранила письма в тайне? Они были интересными, особенно последнее, в котором упоминались драматические события. Но в них не было ничего, что могло бы показаться нескромным, и ни слова об изумруде.
Оставалась совсем не много писем, и я задумалась: может, стоит позвонить Никколо и попросить, чтобы Эмилиано пропустил меня в библиотеку? С другой стороны, мне очень не хотелось столкнуться с графиней и ее гостями, приглашенными на обед. Вдруг среди них есть американцы…
Я поставила будильник так, чтобы он прозвонил спустя час, и легла вздремнуть. Проснувшись, я продолжила читать письма. В какой-то момент я услышала, как люди входят в дом, и заметила, что на улице темно, но бумаги полностью завладели моим вниманием.
