Эйдзи оставил два завещания: одно краткое и одно подробное. Через неделю после того, как Гиндзи опубликовал свой ролик, на сайте юридического консультанта Эйдзи обнародовали полный текст. Мы с Синодой срочно встретились в вестибюле той же гостиницы.
– Я не понимаю, чего он хочет, – растерянно досадовала я, прокручивая текст на экране планшета.
Создавалось ощущение, что Эйдзи вспомнил всю свою жизнь и вписал во второе завещание каждого, кто сделал ему хоть что-то приятное. То ли дурак, то ли добряк, но шуму он наделал немало. И в чем состоит месть преступнику, я тоже не очень поняла.
– Разве можно отомстить, дав денег? Если бы я была убийцей, посчитала бы себя настоящим везунчиком: мало того что удалось выполнить задуманное, так еще и целое состояние получу.
Синода опять покачал головой:
– Ну, можно заподозрить, что так он пытается заставить преступника задуматься о своих грехах. Тому ведь придется каждый раз, когда будет тратить деньги, вспоминать жертву.
Слова его звучали неуверенно.
– Но если эти деньги достались тебе после убийства кого-то ненавистного, ты вовсе не будешь чувствовать себя обязанным ему. Такое, скорее, вызовет прилив сил, разве нет?
– Пожалуй. – Синода скрестил руки на груди.
Все еще не ощущая удовлетворения, я снова заглянула в пункт «Как определить преступника».
– Сама жертва не хочет, чтобы преступника судили, так что наверняка полиции ничего не сообщат.
Синода кивнул:
– Значит, даже если преступник заявит о себе, уголовного преследования не будет?
Вполне естественный вопрос.
– Написано так. И все равно любой может нарушить условия и разболтать секрет. Опять же, обязательство можно расторгнуть, если оно противоречит девяностой статье Гражданского кодекса.
– Так что, завещание признают законным, как думаешь?
– Хм. Есть разные варианты, но думаю, может получиться.
Всю неделю я проторчала в библиотеке адвокатской коллегии, изучая прецеденты, где отстаивалась законность или незаконность завещания, и разные теории. Нашла даже научную статью, которая признала действительным завещание Сахэя Инугами, описанное в романе «Клан Инугами»[8]. В общем, я убедилась, что наш случай хоть и крайне странный, но его вполне можно защитить, прибегнув к софистике.
– Клейкую ленту и софистику можно приспособить к чему угодно, – вырвалось у меня.
Так любил говорить Цуцуи, мой начальник. Вспомнив его улыбку, я разозлилась, но сдержала гнев и вернулась к завещанию Эйдзи.
– По закону можно доказать что угодно. Другой вопрос – действительно ли «Морикава фармасьютикалз» намеревается соблюсти условия этого странного завещания. Заявления от кандидатов на роль преступника уже принимались, и заседание должно было пройти в головном офисе компании.
На планшете я открыла сайт фирмы. Там разместили короткий пресс-релиз, который гласил: «Конфликты из-за наследства семьи Морикава не имеют отношения к компании». Особо было подчеркнуто, что «она лишь сдает помещение, заключив с семьей Морикава договор на почасовую аренду зала заседаний».
Их вполне можно понять: всего за неделю видео Гиндзи наделало немало шуму, а когда обнародовали полный текст завещания, самозванные преступники стали появляться один за другим. Некоторые, видимо в шутку, писали в соцсетях: «Я убил Эйдзи Морикаву», за что их аккаунты замораживали. Сознаться полицейским в преступлении пробовали бездомные. От желающих повиниться разрывался телефон, до такой степени, что полицейское управление префектуры Нагано вынуждено было развесить плакаты с предупреждением: «Прекратить телефонное хулиганство! Ложное признание в преступлении расценивается как мошенничество с целью помешать полиции и наказывается по закону!»
Вместе с тем многие просили начать расследование. На это полиция заявила, что к смерти определенно привела болезнь, а поскольку отдел занят другими расследованиями, дело открыто не будет.
Шумиха коснулась и «Морикава фармасьютикалз». Акции обвалились, и курс еще долго не выравнивался. Инвесторы даже обратились к главам компании с открытым письмом. Можно было легко себе представить, какой гул тогда стоял в отделе инвестиций – будто в улей ткнули палкой. История достигла такого накала, что даже корреспондент одного еженедельника рискнул прорваться мимо стойки администрации и по пожарной лестнице взобрался аж на пятнадцатый этаж. Оттуда уже попал прямиком в полицию за незаконное вторжение.
Наконец, телевидение, которое сначала умалчивало о странном завещании, посвятило этой теме целую программу. До сих пор ходили лишь слухи, но стоило опубликовать полный текст завещания, как глав компании осадила пресса. Президент и исполнительный директор никаких семейных обстоятельств не раскрывали, зато вице-президент Хираи не мог утаить подробностей от крупнейшего инвестора, посадившего его на это место. Поскольку «Лизард кэпитал» намеревался усилить свою власть в «Морикава фармасьютикалз», разумеется, их беспокоила судьба акций, принадлежавших Эйдзи, и сбросить завещание со счетов они не могли.
