– Вы собираетесь участвовать в «отборе»?
Голоса вокруг зазвучали громче, на женщину направили камеры.
Журналисты то и дело обступали разных людей в неряшливой одежде, непохожих на обычных посетителей компании, надеясь обнаружить кого-то из кандидатов. Я же пришла в костюме и выглядела как типичная служащая, поэтому на меня не обратили внимания и легко пропустили мимо.
На стойке администратора я объявила, что записана на прием, и меня проводили в зал для заседаний на самом верхнем, двадцать третьем этаже. Могу сказать, что незамеченной здесь даже мышь не проскочит: до зала я дважды пересаживалась из одного лифта в другой, которые запускали тремя разными ключами безопасности.
Я вошла в помещение. В глубине, за овальным столом, где могли рассесться двадцать человек, сидело трое. При моем появлении никто не встал и не поздоровался – все просто смотрели в свои документы.
Вокруг стола стояло еще четверо мужчин, видимо телохранители: крепкие, в черных костюмах. Один из них обратился ко мне:
– Прошу, садитесь.
Я поклонилась присутствующим и опустилась в центральное кресло напротив. Перед приходом я подготовилась: почитала газеты и журналы, поэтому сразу узнала человека в центре. Там сидел президент компании Канэхару Морикава, отец Эйдзи.
Он выглядел не так весомо, как на фотографиях в Сети, грубыми чертами лица скорее напоминая небольшого бульдога. На сына он совсем не был похож, так что я сделала вывод, что его супруга – редкая красавица.
Канэхару так пристально рассматривал меня, что это уже стало казаться неприличным.
– Я Канэхару Морикава, представительский директор и президент компании, – заговорил он хриплым голосом, который подошел бы бульдогу.
Канэхару был старшим сыном в семье, прямым потомком Морикава. После почти десятилетнего обучения в компании по производству сырья устроился в «Морикава фармасьютикалз». Своими силами поднялся по карьерной лестнице и занял место президента.
Справа от Канэхару, не на почетном месте[9], сидел Садаюки Морикава, муж его старшей сестры президента. Этот напоминал лисицу и весь был какой-то незаметный. Я почему-то вспомнила своего брата Масатоси.
– Это Садаюки Морикава, наш управляющий, – представил его Канэхару.
Тот, даже не взглянув на президента, заговорил со мной:
– Садаюки Морикава, исполнительный директор.
Несмотря на бульдожью внешность, Канэхару был прямолинейным и крепким. Ради поддержания благополучия фирмы он предпочитал способы, которые обещали повышение прибыли. Зять же, принятый в семью[10], напротив, жаждал расширения и разработки новых лекарств. Ходили слухи – впрочем, их я узнала из журнала, – что в компании боролись между собой фракции Канэхару и Садаюки.
Как же это старомодно, когда компанией, имеющей акции на бирже, управляют члены семьи основателя. С другой стороны, из больше чем десяти исполнительных директоров их тут всего двое, так что ничего выдающегося.
«Морикава фармасьютикалз» была основана сразу после войны и с тех пор почти семьдесят лет уверенно расширяла свою деятельность. Однако с начала 2010-х стала терять в доходах. В то время фармацевтическим компаниям запретили устраивать роскошные приемы для врачей – так и перестал работать излюбленный способ принудить их сотрудничать с фармацевтами.
Ну а после того, как в руководстве фирмы возникли трудности, должность вице-президента занял Масато Хираи из «Лизард кэпитал» – инвестиционной компании с иностранным капиталом, крупного акционера «Морикава фармасьютикалз». Именно он сидел слева от Канэхару, на почетном месте.
От этого Хираи так и веяло харизмой: загорелое мужественное лицо, внимательный, по-соколиному зоркий взгляд. Ему вряд ли сильно перевалило за сорок, отчего рядом со своими шестидесятилетними начальниками он мог сойти за сына одного из них.
– Хираи, – назвал он только свою фамилию и пристально посмотрел на меня.
В Сети было много интервью с ним. Его карьера началась уже на первом курсе университета: поскольку рос он с матерью-одиночкой, то для оплаты учебы открыл свою фирму. Видимо, коммерческая жилка дала о себе знать уже тогда, потому что фирма росла очень быстро и даже вышла на Токийскую биржу в секцию Mothers[11].
Постепенно продавая свои акции, Хираи к концу обучения сколотил неплохое состояние.
Любой другой мог бы просто жить на эти накопления, но Хираи устроился работать в инвестиционную компанию. Скупая акции различных предприятий, он вкладывал собственные силы в управление – курс рос, принося ему долгосрочную прибыль.
Неизвестно, сколько предприятий поднял со дна этот человек, но поговаривали, что сейчас он получал множество предложений поработать консультантом или внештатным управляющим. Однако, как ни странно, предпочел «Морикава фармасьютикалз», став самым молодым заместителем президента со дня ее основания.
Работа консультантом в нескольких компаниях вполне могла бы обеспечить ему сто миллионов иен в год, Морикава значительно проигрывали на этом фоне. Его решение казалось мне необъяснимым.
– Меня зовут Кэммоти, я адвокат. Спасибо, что уделили мне время.
