Еще через несколько светофоров мы подъезжаем к жилому комплексу. Я быстро шагаю к лифту, скрестив руки на груди в попытке скрыть нервозность. Коннор идет за мной по пятам.
Мы поднимаемся наверх, цифры сменяются на экране панели. Смотрю на Коннора и подношу палец к уху.
– У тебя здесь пятно…
Ярко-оранжевая краска покрывает его верхнюю часть. Парень даже не дергается, чтобы стереть кляксу, только улыбается.
– Я весь в краске. Ухо не единственная проблема.
– Ты раньше был на неоновых вечеринках?
Чем еще можно объяснить его абсолютное самообладание во время этого хаоса? Он едва моргнул, когда девушки начали хватать его за задницу. На ней как раз два розовых отпечатка.
– Неа. Хотя я слышал о них. Было прикольно.
Лифт останавливается, и я задаюсь вопросом, что может воспрепятствовать хладнокровной выдержке этого парня. Если его не примут в «Уортон»? О, да, неприятная картина.
Достаю ключи и отпираю замок.
– Ло! – кричу я, входя в гостиную.
Коннор захлопывает дверь, и я мчусь по квартире, надеясь найти Ло на кухне, смешивающим себе коктейль.
На кухне никого нет.
Залетаю в его спальню без стука, игнорируя все формальности. Мой желудок сжимается.
– Слава богу.
Ло лежит на животе на кровати, полностью одетый, с тремя бутылками ликера неподалеку. Меня не волнует, когда именно он вернулся домой. Главное, что он здесь, а не умер где-нибудь в подворотне.
Чтобы проверить, в сознании ли он, я подхожу ближе и зову его по имени. Трясу его за плечо, едва сдерживая разочарование. Ло по-прежнему не шевелится. Осторожно переворачиваю его на бок и дотрагиваюсь тыльной стороной ладони к влажному лбу. Лихорадки нет. Алкогольное отравление – еще один мой страх.
– Он в порядке?
Я совсем забыла про Коннора и подпрыгиваю при звуке его голоса. Он прислоняется бедром к дверному косяку, бесстрастно наблюдая за моей возней.
– Жить будет, – говорю я. – Спасибо за помощь.
Парень небрежно пожимает плечами.
– Да без проблем. Последние четыре года я отсиживался в библиотеке. Совсем забыл, как выглядят настоящие проблемы.
– Увидимся завтра? – Я решаю отмахнуться от его сотого оскорбительного комментария за ночь. – Если ты еще хочешь со мной заниматься.
– В пятнадцатый раз – да, – говорит он. – Тебе нужно поработать над своим умением слушать. Увидимся в шесть.
– Не слишком ли поздно? – Я хмурюсь.
На его губах появляется мальчишеская ухмылка.
– Шесть утра.
Упс. Оборачиваюсь на цифровые часы, стоящие на столе.
– Это через пять часов.
– Тогда тебе лучше лечь спать как можно скорее.
Его непроницаемый взгляд мельком проходится по Ло в последний раз, а затем Коннор выскальзывает из дверного проема, покидая квартиру.
Ло спит мертвым сном, и я решаю переночевать в гостевой спальне. Заворачиваюсь в привычное пурпурное одеяло и осознаю важную вещь – в беспокойстве о Ло меня ни разу не посетила мысль о сексе.
Коннор появляется ровно в шесть с горячим кофе и коробкой круассанов в руках. В отличие от меня он бодр и без темных кругов под глазами. Как он собирается работать после пары часов сна?
– Ты под наркотиками? – спрашиваю я.
Многие студенты злоупотребляют ими.
– Конечно, нет. Это природная гениальность в чистом виде. – Он делает паузу. – А ты?
– Ты ведь понимаешь, что сейчас оскорбил меня? – Я наконец выплескиваю свое недовольство.
Он разламывает круассан пополам и улыбается.
– Прошу прощения, – беззастенчиво произносит он. – Я просто пытался быть полезным. Некоторым людям удается лучше сконцентрироваться с помощью разных препаратов.
Он перефразировал прошлое оскорбление, сделав его мягче. Это одна из хитростей Коннора Кобальта? Или он просто сжалился надо мной?
– Обойдемся без препаратов. Даже если я не прирожденный гений, все равно хочу сделать все правильно.
Я никогда не признавала ни стимуляторов, ни успокоительных, ни прочего в этом роде. У меня уже есть зависимость, еще одна мне ни к чему.
– Тогда давай перейдем к учебникам.
Я штудирую книги еще несколько часов, стараясь запоминать информацию и заполнять пробелы в знаниях, пока Коннор делает для меня флеш-карточки[11]. У него очень аккуратный почерк, чем он, я уверена, неимоверно гордится.
Когда он заканчивает работу над последней карточкой, то смотрит на кухонные часы. Учеба пожирает время, словно монстр, и я совершенно не удивлена, что уже полдень.
– Он все еще спит? – с удивлением спрашивает Коннор.
Мгновение уходит на то, чтобы я осознала, о ком он говорит. Мы уклонились от темы прошлой ночи, так как Коннор появился на пороге, благоухая сладким кофе и выпечкой, лишь раз спросив о состоянии Ло.
– Его вырубило, – поправляю я. – Наверное, через час очухается.
– И часто он так делает?
Не желая обсуждать Ло, я уклончиво пожимаю плечами. К счастью, Коннор понял намек и открыл мой блокнот, чтобы проверить решения задач.
Через двадцать минут оформляем заказ на доставку китайской еды. Как только я вешаю трубку, слышу звук текущей воды и вялых шагов в соседней комнате. От Ло сейчас можно получить лишь невнятные ответы и язвительные уколы, поэтому у меня нет никакого желания с ним разговаривать.
