Из меня вырывается сухой смешок.
– Чтобы чему-то научиться у Роуз, нужно сначала нацепить на себя броню. Она суровый учитель.
Его брови поднимаются вверх, когда он допивает свой кофе.
– Правда? – любопытствует он, что не пойдет ему на пользу.
Решаю взять инициативу в свои руки и возвращаюсь к теме экзамена:
– Так ты действительно готов расстаться с тысячей долларов?
Возможно, Коннор заинтересован лишь в наращивании часов репетиторства в своем резюме, но мне действительно нужно много чего изучить.
– Моя гордость на кону. Она стоит больше тысячи баксов. – Его глаза опускаются к циферблату часов «Ролекс» на запястье. – У тебя дома есть энергетики?
Что? Он предлагает перенести учебу ко мне домой?
Коннор начинает складывать книги в сумку, но замечает мое замешательство.
– Библиотека закрывается через десять минут. Я не шутил насчет зубрежки в течение следующих сорока восьми часов. Либо у тебя, либо у меня. Но должен предупредить, моя кошка ненавидит всех особей женского пола, и я не стриг ей когти уже несколько недель. Так что, если ты не боишься ее ревности, то добро пожаловать в мою квартиру.
Я останавливаюсь на «Дрейке». Когда рядом Ло, у меня меньше шансов вытворить что-то идиотское. Например, прислушаться к своему либидо.
– Давай ко мне.
Я перекидываю рюкзак через плечо, и мы уходим.
– Но я живу со своим парнем, так что нам придется вести себя тихо.
Коннор присвистывает.
– Такая молодая и уже делит квартиру с мужчиной. Это многое объясняет.
Он придерживает передо мной стеклянную дверь, но я замираю, прежде чем выйти на территорию кампуса.
– В смысле?
У меня что, все на лбу написано? Или Коннор Кобальт настолько самонадеян, решив, что понял меня за одно занятие?
– Многие девушки здесь из богатых семей…
– Подожди, откуда ты знаешь, что моя семья при деньгах?
Осматриваю свое одеяние. На мне нет ничего, что безвкусно кричало бы о богатстве. Обычные кроссовки «Найк», спортивные штаны и толстовка с логотипом университета.
Если бы Роуз увидела меня, у нее бы глаза полопались.
– Кэллоуэй, – он со смехом произносит мою фамилию. – Твой папа – газировочный магнат.
– Да, но большинство людей…
– Я не большинство и стараюсь знать имена, особенно те, которые имеют значение.
Подобное тщеславие вводит меня в ступор. Мы выходим на улицу в холодную ночь.
– Чаще всего богатые девушки здесь идут по одному и тому же пути. Находят парня из Лиги плюща, который станет весьма успешен в карьере, выходят за него замуж и устраивают свое будущее, не прибегая к дополнительным усилиям. Оценки, резюме и достижения не важны. Я не осуждаю. Если бы я был девушкой – поступил бы так же. Черт, скорее всего, я женюсь именно на такой.
От подобного обобщения меня воротит. Далеко не все женщины готовы отказаться от карьеры, выбрав обеспечивающего мужчину. Меня сейчас либо стошнит, либо я дам Коннору затрещину. Обе реакции выглядят вполне приемлемыми. Бьюсь об заклад, он считает, что женщины должны жить на кухне и рожать детей. Боже, Роуз выцарапала бы ему глаза, если бы услышала его речи.
Но я не такая дерзкая, как Роуз, и другого репетитора искать нет времени. Так что я отбрасываю свои мысли и бреду за этим придурком дальше.
– Ло! – кричу я, попадая в холл и пропуская Коннора внутрь. – Ло!
Когда он не отзывается и в третий раз, я понимаю, что Ло нет дома. Отправляю еще сообщение и надеюсь, что он не слишком пьян и почувствует вибрацию телефона.
Мы устраиваемся на кухне. Я изучаю три разные книги, делая небольшие успехи, но все еще недостаточные. На задачи, которые показывает мне Коннор, я отвечаю правильно в двадцати пяти процентах случаев. Это число еще не колебалось.
Несколько энергетиков и пиццы «пепперони» спустя я смотрю на часы – уже одиннадцать, а Ло до сих пор нет. Пялюсь на свой телефон на барной стойке, ожидая увидеть пропущенный звонок. Когда я рассказала ему про свои дополнительные занятия, мы решили как следует покувыркаться. Может быть, он решил, что с меня на сегодня хватит, и пошел заниматься своими делами?
Закусываю губу. Беспокойство начинает одолевать меня, и сосредоточиться на учебе становится практически невозможно.
– Может быть, он просто потерял счет времени, – говорит Коннор, наблюдая, как я постоянно проверяю свой телефон. – Кстати, сегодня в кампусе неоновая вечеринка. Все первогодки болтали об этом на наших занятиях.
– Старшекурсники на вечеринки не ходят?
– Как правило, нет. Мы более сосредоточены на учебе.
Я стараюсь не закатывать глаза. Еще одно гигантское обобщение. Ло возненавидел бы этого парня. Видя мою встревоженность, Коннор захлопывает учебник.
– Прости, – говорю я. – Мы можем отозвать пари. Я вообще не могу сейчас сосредоточиться, и тебе нет смысла терять свои деньги.
– Слово репетитора – закон. Ставка остается в силе. Ты сдашь экзамен, Лили. Я в этом уверен. – Хоть один из нас в чем-то уверен. – Очевидно, ты сейчас беспокоишься о своем парне. И не сможешь учить экономику, пока не найдешь его. Так где сейчас он может быть?
