истинную сущность этого человека. Предал друга, проигнорировал его просьбу, позаботится о понравившейся ему девушке. Когда Радим понял, что у него не получится приехать за мной, он попросил отправить меня домой на такси, но Валентин вместо этого предпочел просто продолжить пить. А потом еще и воспользовался мной, чтобы выплеснуть свои страдания. Протрезвев и осознав, что изнасиловал порядочную девушку, он, запаниковал и вызвонил другого своего друга. Белов примчался к нему на помощь, и вместе они разобрались в той ситуации, которая произошла. А именно, посмотрев записи с камер видео наблюдения, они сообразили, что мне была подстроена ловушка, а Валентин оказался случайным ее исполнителем. Сразу нашли виновных в этом преступлении против меня. Но вместо того, чтобы наказать их, они беспокоились только о своих интересах. Должно быть, им очень не хочется потерять дружбу с Валевским и связи с его семьей, раз они были готовы пойти на такую подлость. Чтобы скрыть все от Радима они продумали сразу два плана. Первым был вариант исхода событий от Белова. Рассчитывая на то, что я могу не вспомнить все, что со мной произошло, они хотели, заставить меня поверить, что я добровольно отдалась Валентину. Раздевшись под утро, он забрался ко мне в постель, и преспокойно обняв меня, заснул, сымитировав сон двух любовников. И я ведь так сначала и сама подумала. Потом показали бы Радиму, какая я ветреная девушка, целовалась с одним, а переспала с другим. На этом бы все для меня и закончилось. Запасным планом, на случай если я ничего не забуду и захочу добиться справедливости, была продуманна другая ловушка. Сладкая для меня ловушка. Дать возможность быть со своим любимым, всего лишь скрыв от него правду. Не попасть в нее, влюбленной девушке, просто невозможно. Как же подло они поступают со своим другом.
— Давай отнесемся к этому, просто как к несчастному случаю. — Снова принялся меня уговаривать Валентин. — Такое часто бывает с людьми, оказавшимися не в то время и не в том месте. С нами так вчера и произошло. Тебе не следовало приходить к Сиротину домой, Радиму мстить Ольге, а мне пить. На трезвую голову я бы не поверил тому парню, что мой друг мог так поступить с тобой на кухне. — Валентин, переключил скорость, и машина рванула еще быстрее, вжимая меня в сидение. — Радим говорил, что со своей любимой девушкой он будет не таким как с другими. Но, случившегося происшествия, к сожалению, уже исправить нельзя. Только можно сделать вид, что ничего не было, переступить через это и просто жить дальше.
— И ты сможешь так сделать? — Пряча ненависть за горькой улыбкой, глядя на него, задала я вопрос. — Почему ты так уверен, что тебя не будут мучить воспоминания о вчерашнем дне?
Валентин на миг оторвал глаза от дороги и бросил быстрый непонимающий взгляд на меня.
— Ты о чем вообще? — Спросил он. — Я тебя, как — то, не понял.
— Я о твоем мальчике трансвестите говорю, с которым у тебя вчера состоялось свидание. — Ответила я, мило улыбаясь, наблюдая, как его руки с силой сжали руль от этих слов, показывая, что мой удар достиг цели. Прямо в сердце попала. Дальше он спорткар на бешеной скорости вести не смог. Машина вильнула в сторону, едва с управлением справился, так он был поражен тем, что мне известна его тайна. Несколько раз моргнув, словно, старясь взять себя в руки, он, снизив скорость, съехал с трассы, и остановил автомобиль на ближайшей парковке около торгового центра.
Развернувшись ко мне в пол оборота, он подозрительно посмотрел на меня.
— Девочка, у тебя температуры нет? Что за бред ты несешь? — За насмешливым тоном Валентин старательно скрывал свой страх. — Откуда ты такое взяла, милая? То, что мне вчера было херово от разочарования в любимой девушке, родило в твоем мозгу такие фантазии обо мне? Радиму нужно общаться с тобой поосторожней, раз ты такая большая выдумщица.
— Ты свернул с дороги, остановил машину из-за моей фантазии? — Делая наигранно наивное выражение лица, спросила я его, и от этого вопроса он понял, что меня не так легко провести. По — новому оценивающе, взглянул на меня.
— А ты оказывается еще та гадюка. Больно стараешься укусить. — Удивленно выдохнул он. Он больше не смотрел на меня как на наивную дурочку. Его серые глаза сузились от злости. — Как бы Радиму не пригреть на своей груди очередную змею.
— Хватит уже его каждый раз упоминать! — Отозвалась я, с ненавистью цедя слова, так как от звука имени любимого у меня каждый раз все болезненно переворачивалось внутри. — И перестань демонстрировать свою лживую заботу о наших с ним отношениях. Тошнит уже от этого! Я прекрасно еще с первого раза поняла, что вы от меня хотите. Ничего Валевскому я не расскажу, можете не переживать и давить на меня больше не надо.
Его злость сменилась немым потрясением. Долго смотрел на меня, точно не веря, в то, что видит перед собой.
