— Умная и наблюдательная. — Наконец медленно, словно цитируя заученный текст, заговорил он, не отводя от меня глаз. — Обманчиво наивная внешность. С виду для окружающих она имеет мягкий уступчивый характер, но эти качества реально доступны только для одного любимого мужчины. С другими она достаточно жестокая и всегда неприступная. — А потом с каким-то странным любопытством, словно не доверяя тому, что только проговорил, спросил. — Я тебя правильно охарактеризовал?
Я, молча ехидно улыбнулась в ответ, давая понять, что он совершенно прав. За время поездки я все хорошенько обдумала, и мои слезы жалости к себе высохли. Сердце ожесточилось от холодной, яростной ненависти к моим обидчикам. Сиротина, Новиковой и Лысенко. Я просто не могу оставить их безнаказанными, за то, что разрушили мою жизнь. Но отомстить без поддержки со стороны я не смогу. В то, что я теперь буду долго нужна Радиму, я не верила, но я использую его временный интерес ко мне, чтобы уничтожить своих врагов. И первый шаг на пути возмездия, я уже сделала. Валентин должен знать, что я владею его секретом.
— К людской подлости я не привыкла, — Заговорила я с ним, стараясь четче прояснить, кто я такая. — В моей жизни не было настолько злых людей, которые намеренно вредили мне и поэтому я, не имея такого опыта, попалась в расставленную ловушку. Но впредь со мной подобного не произойдет. Вы хотите, чтобы я просто так забыла, то, что сделали со мной? Не дождетесь! Я никогда не прощу насильника.
Валентин молча продолжал смотреть на меня, таким странным задумчивым взглядом, словно размышляя над тем, что ему теперь со мной дальше делать. Наконец тихо выругавшись, он отвернулся и завел машину. Остаток пути мы проехали молча. Всю дорогу он смотрел прямо перед собой, но я была уверенна, что он мысленно подыскивает решение новой проблемы. Как заставить меня не разболтать его секрет. И я, кажется, была права в своих предположения, так как когда мы уже почти приехали, он сказал такое.
— Ожидай меня сегодня ближе к вечеру. У нас предстоит серьезный разговор. Номер я твой не прошу, узнать его для меня не проблема. И не вздумай от меня прятаться.
— Я тебя не боюсь. — Ответила я с кривой улыбкой. Я правда, уже не чувствовала страха перед ним. Больше мне были не страшны их угрозы. Ведь у меня было самое мощное оружие против Валентина. Его безумная любовь к мальчику Саше.
Я вернулась в общежитие. Мое временное жилье представляло собой девятиэтажное здание, сложенное из белого силикатного кирпича. Проживание в нем для иногородних студентов университета являлось практически бесплатным, и было устроено таким образом. С первого по четвертый этаж занимали девушки, с шестого по девятый — обитель парней, а средний пятый этаж выделен под место отдыха для всех жильцов. В здании присутствовал лифт и лестница. Шахта лифта находилась в середине дома, деля общий коридор на каждом этаже на две половины. Лестница винтом огибала шахту с первого по девятый этаж, служа дополнительным средством перемещения, так как лифт чаще всего не работал, особенно по выходным. В обоих концах коридора на этажах имелись пожарные выходы с металлическими лестницами с наружи здания. Напротив лифта небольшой коридорчик заводил в общую кухню с одной стороны и душевую с другой. Аналогичное устройство имели и верхние этажи. В общежитии запрещалось курить. Места, отведенные для этого, находились на улице недалеко от входа, по левую и правую сторону двери были оборудованы небольшие пятачки с лавочками и урной. Но это правило мало кто соблюдал. Если днем или вечером молодежь еще выходила на курилку, где они дополнительно могли общаться между собой, то утрами все курили и общались около пожарного выхода у открытой двери. Моя комната самая крайняя, как раз рядом с этим местом, так что когда я, поднявшись по лестнице, свернула в коридор и направилась к ней, то с удивлением обнаружила, что около нее собрались, чуть ли не все обитательницы четвертого этажа. Даже Маша была тут, хотя она и не курила. Девушки что-то с явным интересом обсуждали, но при моем появлении все как-то разом смолкли, поглядывали на меня с плохо скрытым любопытством, из чего я сделала вывод, что темой их разговора была я. Атмосфера стала напряженной. Понятно, что содержание их беседы для меня приятным не было и теперь кто-то смущенно стыдился смотреть на меня, а кто-то нагло и презрительно улыбаясь, пялился во все глаза, точно первый раз узнав, кто я такая.
Маша в крайне возбужденном состоянии, увидев меня, выбежала сразу на встречу и, схватив за руку, потащила в свою комнату.
— Идем, расскажешь мне все сама! — Проговорила она громким шепотом. — А то такое нагородили, что у меня волосы дыбом встали от новостей о тебе.
Я в недоумении пошла за ней.
— О чем ты? — Спросила я.
— О твоем походе к этому славно известному Сиротину на квартиру. Где были твои мозги?! Как ты вообще додумалась пойти к этим мажорам?!
Мы зашли в ее комнату и Маша села на свою кровать.
