― Да? — недоверчиво спросил Борисов.
― Да. Это же рог Абхамута, одного из князей демонов! Был прорыв в столице… Дуарнии, что ли? Не помню, дело было лет четыреста назад. Князь демонов снес полстолицы, в ответ ему надавали по рогам, загнали обратно, а кусочки остались. Страшно вспомнить, во что мне обошелся этот.
Архина передернуло, а Борисов сказал:
― Кстати, о прорывах. Надо бы обсудить эту тему по дороге в Пронанс.
Вы отравлены ядом Каоры!
Благословение бога Жадности нейтрализует яд!
Борисов поморщился — все же этот уродец ухитрился его достать, чиркнуть отравленным кинжалом. Яд Каоры, доставивший столько проблем Фёдор Михайловичу, в начале его пребывания в Триэме, теперь эффективно нейтрализовывался благословением Жадности. Борисов и раньше не особо смотрел, что ест и пьет, а уж с благословением Жадности так вообще перестал обращать внимание на такие мелочи.
― Ты как? — поинтересовалась Арнэль, оттирая меч.
― Царапина, — ответил Борисов.
Благословение позволяло не думать о ядах, Лобзик предупреждал об опасностях физических, амулеты на шее нейтрализовывали магические атаки. Но все равно, бессилие и постоянная жизнь в ожидании удара в спину, изматывали. Не демоническое воздействие, нет, ощущение бессилия и нервотрепка, вот что приводило к срывам Борисова.
Радовало, если тут вообще было применимо это слово, только одно: охрана — выжившие ветераны — становились все более сильными, умелыми, злыми и могучими. Да и сам Борисов ощущал, что, несмотря на старость и возраст, тело его словно само собой крепчает, выдерживает нагрузки, быстрее затягивает раны и так далее. Такова была реальность мира Триэма, насколько ее понял Борисов из объяснений — чем больше опыта, тем ты сильнее, пускай он и сам и не прилагал каких-то усилий для получения такового опыта, просто делал, что должен.
― Кто-то еще пострадал? — оглянулась Арнэль.
― Капитан Кизил, бедняга, — последовал ответ.
― Да, он всегда лучше управлялся с телегами, чем с мечом, — пробормотал кто-то.
Появился жрец Жадности, пробубнил короткую молитву, что про «тело да будет отдано богу», и убитого, командира службы тыла, вынесли. Арнэль тем временем распекала начальника охраны, давала указания насчет нового распорядка проведения таких собраний.
― Это я виноват, — вздохнул Борисов, — притягиваю их, словно магнит.
Он взял кубок со стола, опрокинул махом. Легкое разбавленное вино изрядно горчило, снова в голове звякнуло насчет нейтрализации яда, и Борисов дернул щекой. Мало того, что нагло явились под видом слуг, принесших вино, так еще и сумели обмануть охрану, напали и все равно не поленились предварительно отравить вино! Сколько времени пройдет, прежде чем убийцы просто начнут резать всех уровнем ниже команды Борисова?
Рука его сжалась, словно собираясь смять кубок в лепешку.
― Если кто и виноват, то Каора, да те старые уроды, что ей поклоняются и посылают молодых на смерть, — сердито парировала Арнэль. — Продолжим, господа!
Она указала мечом на большую карту Пронанса и окрестностей.
― Как я уже говорила, мы прикрыли фланги. Диверсии в Морании (Борисов снова дернул щекой, все же подданые Альбего, если не он сам, заманили Бутку в ту ловушку), разгром армии Далиуса, сожжение столицы и убийство королевы Валанко, уничтожение части армии Хмидии и засада возле Папенгарда, блестяще осуществленная племенем вождя Драбындаха и рейнджерами Альбиона. Разумеется, эффект от воздействия был бы кратковременным, не изменись обстановка. Несколько часов назад началась крупномасштабная свара детей богов, во всех пяти королевствах — соседях Альбиона, и даже у соседей соседей. Не просто драки, а именно война с уничтожением храмов, то, чем раньше занимались только войска Альбиона. Поклонники богов Высшего Пантеона, несомненно, пытаются повторить нашу же тактику, лишить наших союзников из числа детей богов мобильности, скорости возрождения, возможностей шпионажа. Все это указывает на то, что они осознали серьезность проблемы, поняли, что легкой победы не выйдет, и приняли ответные меры.
Арнэль обвела всех взглядом, ее военачальники слушали с серьезными лицами. Борисов же опять ощутил себя клоуном, мечущимся туда-сюда, забывшим основное правило руководителя. Конечно, убийцы, вторжения соседей, крестовый поход, жёны, но что это, если не отговорки?
― Но именно сейчас, когда дети богов всерьез вцепились друг другу в глотки, у нас развязаны руки.
Меч Арнэль, едва не прорвав бумагу, указал на столицу Пронанса, Тулундию.
― Удар в сердце! — провозгласила она. — Стремительность и натиск! Мы должны закончить все за двое суток, до того, как опомнятся дети богов, до того, как основные силы наших союзников окажутся выбиты.
― Разве они не смогут возродиться?
