– Ты хотел накормить меня обедом – самое время. Но при условии, что больше – ни единого слова о нас с тобой.
Она смотрела строго, как школьная учительница, отчитывающая хулигана, сорвавшего урок. И требуя дать клятву не повторять отвратительную выходку, нисколько не обманывалась при этом, что ультимативно вырванное обещание вскорости будет забыто. Невольно, или намеренно, она оставляла ему шанс, и Макс с величайшей благодарностью принял подарок. Улыбка несколько раз мелькнула на его лице, прежде чем прочно на нем поселиться.
– Ты – самая великодушная женщина на земле! – в безудержном порыве он чмокнул дорогую гостью в щеку, и почти вприпрыжку, убежал на кухню.
В эту ночь сон долго не шел к Маргарите. Лежа в темноте, она повторяла состоявшийся с Максом разговор, сверяя слова с жестами, выражение глаз с интонацией голоса, то замирая от восторга, то кипя от негодования. Спровоцировав мужчину на выяснение отношений, она оказалась абсолютно не готова к тому, что услышала, и с опозданием ругала себя за настойчивость. Нет, она ни капельки не заблуждалась на свой счет. Мкс не может ее любить – это исключено! Просто он запутался в своих ощущениях, смешав в кучу интерес, желание помочь и неспособность избалованного женским вниманием мужчины адекватно воспринимать отказ. Но, боже мой, до чего приятно, оставшись в одиночестве воскрешать в памяти случайные прикосновения крепких рук, тепло ласкающего взгляда, и как же хочется остановить поток наивного красноречия долгим и сладким поцелуем… «Стоп, стоп! – Маргарита больно ущипнула покоившееся под рукой бедро. – Так ты слишком далеко зайдешь. Синих апельсинов не бывает, а признание Макса в любви, как раз и есть абсурдная нереальность цитрусовых в подобном цвете. Надо рассуждать логически: чем больше ты пытаешься отдалиться от него, тем сильнее он стремится сократить дистанцию. А что, если сделать все наоборот? Если подпустить его на максимально близкое, и в тот же время, безопасное расстояние? Превратить взрывоопасный коктейль эмоций в ровное, доброжелательное дружеское расположение? Доступность быстро ему наскучит, и именитый ветреник найдет новый объект для завоеваний». Маргарита критически оценила ход своих мыслей. Да, пожалуй, это самое верное решение в сложившихся обстоятельствах. «Вопрос в том – хватит ли у тебя выдержки, чтобы не поддаться соблазну и не переступить опасно привлекательную черту, отделяющую дружбу от романтической увлеченности?» И вот тут однозначного ответа не существовало.
В утреннюю безмятежность особенно родной, после долгого отсутствия, квартиры ворвался телефонный звонок
– Привет, красавица, проснулась? – бодрый голос Максима вырвался из трубки.
– Да, – приготовилась к неприятностям Марго, – что случилось?
– Есть хочу, а завтракать в одиночестве – настроения нет. Какие будут предпочтения: свежеиспеченные булочки, бутерброды или блюда посущественней?
– Чашка кофе – максимум, – усмехнулась она, и мысленно взмолилась: «Ну, давай, не тяни резину, говори!»
– Тебе кофе нельзя. Овсяная кашка и фрукты. Ставь чайник – сейчас приеду.
Маргарита в недоумении посмотрела на замолчавший аппарат: «Какие еще булочки? Какая кашка? Куда – приеду?» Она перевела взгляд на часы – начало девятого. Оля, как обычно, нежилась в постели – только съемка была способна поднять ее летом раньше обеда. Сама Маргарита долго спать не могла: многолетняя привычка вставать в одно и то же время стабильно заставляла ее открывать глаза в семь утра. Она как раз закончила красить ресницы тушью, и собиралась с книжкой и яблоком устроиться на балконе. «Только не это!» – в отчаянии простонала она и набрала номер Максима, чтобы предотвратить его появление. Но абонент не отвечал, и с каждым последующим гудком крепла мысль, что завтракать, да еще в компании все-таки, придется. Чертыхаясь про себя, Маргарита запихнула косметику в ящик и поплелась на кухню.
Минут через пятнадцать раздался стук в дверь, и на пороге появился улыбающийся Макс с большим бумажным пакетом.
– Ты сколько людей собираешься кормить? – удивленная Марго рассматривала обилие еды, горой растущее на столе.
– Тебя, себя и Олю – если она дома.
– Тогда тут – недели на две, – мрачно прикинула она.
– Отлично, значит, ближайшие полмесяца о завтраках я могу не беспокоиться, – хлопоча между микроволновкой и холодильником, невозмутимо отозвался Макс.
Оцепенев от наглости заявления, женщина привалилась к стене: – Ты что – намерен приходить сюда каждый день?!
– А ты куда-то уезжаешь?
Бесцеремонность гостя не укладывалась в голове, лишая дара речи. Как выброшенная на берег рыба, Маргарита открывала и закрывала рот, не находя слов от возмущения. Сообразив, что хватил лишку, Максим примиряющее пояснил: – А как иначе я буду знать, что ты правильно питаешься?
– С чего ты взял, что мне нужен личный диетолог? – буркнула Марго, обретя способность говорить.
– Не знаю, как насчет диетолога, но «личный» – явно не помешает. Прошу! – он широким жестом пригласил ее к столу.
