Кин остался недоволен. Придется пробовать снова. От погружения в их с Пенни прошлое он ожидал взрыва ностальгии, прилива любви или хотя бы чего-то существенного. Вместо этого он получил поток воспоминаний, будто пакет цифровых данных: факты, числа и образы, наполненные информацией, но лишенные всяких эмоций.
Психологи предупреждали, что после долгой жизни с Хезер глубокая любовь к Пенни вернется не сразу. Но пропасть между тихой приязнью и пронзительным обожанием, которое Кин должен был ощутить, оказалась бесконечной.
Следующие две недели отношения с Пенни обретали некое подобие равновесия, превращаясь в робкую привязанность. Что-то вроде мышечной памяти после физиотерапии. Кин не впервые жил под прикрытием легенды. Оставаясь в одиночестве, он готовил себе обед и слушал классическую музыку, а рядом с Пенни изображал неумеху, которому не место на кухне, и включал в автолете музыку предположительно любимых групп. Дважды он пробовал шагнуть чуть дальше в рамках новой роли, и оба раза с сомнительным успехом.
Понемногу он привыкал к повседневному ритму, но восстановить глубинную связь с Пенни пока не удавалось.
Что касается работы, Маркус оказался прав: объектами исследования были знаменитые грабители банков. План бюро по защите ключевых событий обеспечивал охрану исторического полотна от действий идеологов и идеалистов. Но оставались лазейки для честолюбцев, которые стремились к обогащению и пользовались услугами темпоральных нарушителей и профессиональных наемников. Работы хватало, но вовсе не такой срочной, как в случае с Сидни. Вместо этого командный центр и отдел ресурсов запрашивали информацию по людям, локациям и событиям – иногда с указанием точного времени и места. Кину также поручали анализ данных из соцсетей и новостных архивов, чтобы выявить местоположение потенциальных убежищ для путешественников во времени. Во всех случаях речь шла не о реакции на проблему, а о планировании способов ее решения. Другими словами, это был идеальный образчик офисной работы с нормированным графиком.
Но после одного-единственного сообщения все изменилось.
Смысл его заголовка дошел до Кина не сразу.
«Изучить веб-сайты прошлого с помощью исследовательского портала».
На первый взгляд, ничего необычного. Кин часами просматривал архивные версии веб-сайтов первой четверти двадцать первого века, своей прежней эпохи, в терминологии бюро получившей название «двадцать один – А». Однако в письме открывались новые горизонты.
«Теперь вы ознакомились с базовыми принципами работы, – говорилось в нем, – и время от времени будете нырять чуть глубже. При всей масштабности цифровых архивов они не способны конкурировать с реалиями конкретного момента. Ознакомьтесь с приложенными инструкциями по доступу к цифровому темпоральному порталу (ЦТП), позволяющему работать с интернетом означенного периода в режиме реального времени».
Цифровой темпоральный портал. Заковыристое название. Если проще, инструмент для просмотра веб-сайтов сквозь время – не архивных версий, а тех живых страниц, которыми совсем недавно пользовался Кин. Маркус говорил что-то об электронных сигналах, не влияющих на шкалу времени. Вдруг у Кина возникла новая мысль, вытеснившая все остальные. Он почуял возможность по-настоящему заглянуть в прошлое, прикоснуться к нему и найти свою семью.
Еще один способ путешествия во времени. Тропинка, способная привести его к жене и дочери.
Кину до боли хотелось узнать, что стало с Хезер после его исчезновения. Она была одаренной, практичной, уравновешенной. Всеми фибрами души Кин чувствовал, что его жена не сломалась, пережила эту бурю, вышла сухой из воды. А если так, то и с Мирандой все хорошо, ведь Хезер билась бы за ее благополучие до последней капли крови.
Осталось только увидеть это собственными глазами.
Руки Кина зависли над механической клавиатурой. Ее он заказал, поскольку работать с современными голографическими кнопками было как-то неестественно. Мозг отдал соответствующий приказ, и указательный палец коснулся клавиши «Х». Кин не без труда набрал остальные буквы ее имени. Он был на взводе, хотя не сомневался, что его исчезновение, подобно другим испытаниям, изменит Хезер к лучшему, сделав ее сильнее и умнее. Как всегда.
Но… быть может, Кин просто не торопился узнать, что без него Хезер прожила долгую счастливую жизнь.
Он помотал головой, беззвучно выругался и добавил к имени фамилию.
Безрезультатно. Он нашел нескольких Хезер Стюарт, но его жены среди них не оказалось. Кин испробовал все способы поиска: по работе, альма-матер, друзьям, даже любви к фильму «Звездный путь», – но ничего не обнаружил. Год за годом он откатывался во времени, пока наконец не наткнулся на первый результат, датированный началом две тысячи четырнадцатого года, через несколько месяцев после их с Маркусом отбытия из эпохи «двадцать один – А».
