Мы и в самом деле сидели вместе классе в четвертом или пятом. Меня тогда так наказал учитель – посадил с девочкой. Для нас, пацанов, это считалось наказанием. А я, помню, был доволен до ушей, Верка мне уже тогда нравилась, но вида не показывал. И мне стало понятно, почему Вера заставила своего влюбленного парнишку подвезти меня, да еще и просить прощения. Папа ее должен был вернуться со дня на день с новым званием из Москвы, а вот методы воспитания у него по-прежнему были старые, да и понятия старые. Верке – ремень, мажору – тюрьма.
Дома меня ждал рабский труд по растопке бани для отца и дойке коровы. Я рассказал бабуле про зуб и даже показал его, открыв рот. Деньги я вернул, но бабуля сказала, что даст мне их в дорогу. Золотой она человек!
На неделе я работать к отцу больше не пошел, сказал, что надо готовиться к поступлению. Пару раз ездил на мотокросс, один раз удалось зайти в гости к моей любовнице Галине и почти каждый день по вечерам шлялся по поселку с друзьями. Должница Архарова мне на глаза не попадалась. От нечего делать крутил радиоприемник, иногда ловил вражьи голоса на русском и английском языках. Было много музыки, были и новости. Так я узнал о штурме индийского храма и больших жертвах при этом. «А может, Ганди летом убьют?» – засомневался я, но решил ничего не предпринимать. Числа десятого узнал от британского радио о попадании молнии в какой-то их собор. Ничего интересного. Основные мои мысли были о денежных средствах. Батя обещал давать по сотке, а это, плюс стипендия, уже приличная сумма. Хотелось поднять еще, и самый простой способ – фарцовка вещами. Это я сразу отбросил. Кладов не знаю, бутылки сдавать – смешно. Но есть и еще железные варианты. Я очень хорошо играл в длинные нарды и преферанс, помнил кучу важных спортивных событий и, наконец, мое знание языков, которое вполне можно конвертировать в наличные. С этим я решил работать в первую очередь. Но чего не ожидал, так это помощи Виктора Семеновича.
Зиночка была облизана предателем Снежком, когда заявилась ко мне домой с известием от него – тот вызывал меня к себе в Ростов. Пес принял девушку как родную. Я уверен на девяносто процентов, из-за пирожков с мясом, которые у нее были с собой. Она с испугу кинула их все собаке.
– Зин, ты зачем Снежка прикармливаешь? Обнести нас хочешь? – пошутил я.
– Испугалась, а пирожки бабушкины были, – честно призналась она. – Он как выскочит. А чего он не на цепи? Я решила, пока будет пирожками заниматься, я убегу.
– Не стал бы он тебя кусать. Снежок пес с понятиями, рыжих не кусает, – шучу я, думая, как компенсировать пропажу пирожков девчонке.
– Сильно заметно? Я знаю, что некрасивая, – опечалилась бывший школьный комсорг.
– Ты красивая, с моей точки зрения. А насчет пирожков помогу тебе. Возьмешь беляши вместо них?
– С мясом? – спросила Зина.
– С начинкой, – пошутил я. – Идем на кухню. Снежок, предатель, фу!
На кухне бабуля угощает нас беляшами. Напекла их огромный тазик – отец и я пожрать любим. Дав Зине целый пакет беляшей, она усадила нас пить чай.
– Зиночка, а ты куда поступаешь? – спросила вдруг ни разу не любопытная бабуля.
– В КГУ, – скромно ответила Зиночка. – На физику.
– Это где, в Киеве? – спросил я.
– Красноярский государственный университет, – важно расшифровала Зина.
– Долбанулась? Ой! Прости, ба. Что, мест нет других? – удивился я.
– У папы там друг работает, преподает в лаборатории космофизики института физики, заведующий. Манилов его фамилия, он кандидат наук. Жить я буду у него, это лучше, чем в общаге. Девочек там редко отчисляют, набор большой – сто пятьдесят человек. И вообще, в Красноярске много институтов научных, – приводила доводы Зина.
– Валентин Владимирович? – меня накрыл очередной флешбэк.
– Да, – изумилась Зина. – Ты откуда знаешь?
– Помнишь, профессор приезжал на экзамены к нам? Так он по телефону говорил про Манилова из Красноярска – мол, известный ученый. Случайно запомнил. Я сам туда еду в комсомольскую школу.
– Ну и память у тебя, Толя, – девушка вернулась к беляшам.
Кстати, вечером я записал в дневник: «МнлВВ 21, Зорге». Что означало – в начале двадцать первого века его посадят за шпионаж в пользу Китая. Я вспомнил эту историю, явно высосанную из пальца. Никакие письма академиков и профессоров не помогли ученому, как и оправдание судом присяжных. Дядька отсидел хренову тучу лет, двузначную точно. В те времена ФСБ уже хотела орденов.
Зиночка засобиралась домой с пакетом горячих беляшиков от бабули, я лично ее провожаю, ведь рэкет в виде Снежка уже караулит на улице. Ничего наглой морде не обломилось, ведь его кормить можно бесконечно. Я решил все-таки проводить девушку до дома, тем более она была не против.
– Зина, я тоже еду в Красноярск, там найду тебя. Если кто будет обижать – дам в рог, ты меня знаешь, – сказал по пути нашей комсомолке.
Разболтались по дороге. Зина – девушка начитанная и просто бредит космосом и компьютерами.
– А где ты на них работала? – интересует меня.
– В Ростове и «ЕС» есть, и «Агат-4», а еще радиолюбители собрали самодельный компьютер.
