— Не знаю. Когда долго ищешь, находишь, наконец, последнее чего хочешь - потерять найденное. Наши отношения...я долго искал их. Не выпускал тебя из головы, ты всегда сидела там и...я бы в любом случае нашел тебя: такую красивую девчонку, — взъерошив волосы пятерней, кажется, раскрасневшись от смущения.
— Мне больше не семнадцать. И я не сумасшедшая. Или может, сумасшедшая, но дважды в одно дерево молния не бьет - никто никуда не убежит. Я тоже устала...
— Иди ко мне, — прошептал Ронан, улыбаясь.
Аннабелль поджала обветренные губы. Целуясь с Адамом перед квартирой Ронана, она позабыла о будущем, о Ронане, об их планах. Существовало только маленькое мгновение, дарящее ей удивительный шанс - очутиться в прошлом, в котором она жила только ради Клэмана. Теперь она стояла напротив Ронана — мужчины, кажется, которого она любила, по-настоящему любила, без изводящей зависимости и сводящей с ума ревности.
Ронан целовал ее, аккуратно избавлялся от одежды, Аннабелль снимала с его шеи галстук.
Мурашки по коже, в душе — пожар.
Она запрокинула голову от удовольствия. Высшая точка удовольствия. Закрывала глаза, представляя космос. Если он существует, то она в нем. Что-то недостижимое и невесомое. Ронан горячо целовал ей шею, спускаясь все ниже и ниже. Сердце билось, словно безумное. Аннабелль взяла в лёгкие больше воздуха, а ее парень губами создал дорожку из поцелуев до груди. Лёгкие толчки, словно крошечные землетрясения, принесли девушке сумасшедшее чувство. Дотянувшись до Рона, она смачно поцеловала его, немного прикусила мочку уха и облизнула ее. Горячо, словно в жерле вулкана, словно летят около солнца. Улыбнувшись, Ронан закутал девушку в простыню и перекатившись на бок, поцеловал подругу в губы. Аннабелль зарывалась в его волосы цвета меда, завивающиеся от влажности, и тихонько целовала его. Сочетание тёмных волос и светлой кожи напоминали кофе с молоком.
Белоснежная постель и раскрасневшиеся щеки, зацелованные губы. Сливки с клубникой, собранной ранним июньским утром.
— Вау, — прошептал Ронан.
— Хочу лежать с тобой так, — ответила Морган, лёжа на груди у парня, — вечность.
— Тебе бы быстро надоело, ты привыкла бежать куда-то.
— Верно, — улыбнулась Аннабелль, — оставаться на одном месте — не для меня.
— Думаю, пора остановиться.
— Попробуй. Всегда есть время, чтобы уйти.
— И нет времени, чтобы остаться.
Ронан ухмыльнулся.
— Ты чертовски права.
— А ты безумно красивый. Я хочу сделать фотографию. Осталось немного пленки, сейчас.
Морган зарылась в его волосы, поцеловав в лоб. Воттерс - Кляйн щелкнул ее по носу, улыбаясь. Сделав платье из простыни, девушка заглянула в шкафчик, чтобы достать фотоаппарат из сумочки. Косметичка, зеркало, «Фауст», куда она вложила фотографии. Аннабелль взяла книгу в руку, а из неё так некстати выскользнули фотографии с Адамом. Ронан подоспел невовремя - подобрал их, глядя на нее. Она закрыла глаза, тяжело вздохнув.
— Аннабелль? Что за фотки? — спросил Ронан.
Аннабелль забрала фотографии из его рук, и прижала к себе. Воттерс - Клэмен не сумел скрыть сияющей во взгляде злости.
— Ничего особенного.
— Давай-ка избавимся от них. Тебе больше не нужно.
— Откуда ты знаешь, что мне нужно, а что нет? — безропотно спросила она.
— Посмотри до чего тебя довёл Клэман, и обрати внимание на того, кто это исправляет. В моем доме этих фоток не будет.
— Да черт...Когда ты уехал в Америку, только Адам всегда был рядом и помогал мне. Никого не было, кроме него. Я дни проводила у него, целые дни. Мы с ним могли валяться где-нибудь на газоне и смотреть на звёзды. Или просто весь день спать в обнимку и залипать в приставку. Приятные воспоминания, что в них плохого? — объяснилась девушка.
— В воспоминаниях нет ничего плохого. Разве ты не натерпелась с ним всякого, м?
Девушка рухнула на кровать, тяжело вздыхая. Она провела рукой по фотографиям, будто стараясь вспомнить каждую минуту, проведённую с Клэманом. Ронан стоял рядом, в одних боксерах, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди.
— Я не могу стереть его из памяти, или вычеркнуть из жизни полностью. Это невозможно, — ласково сказала Морган, глядя Ронану в глаза. — Как бы там ни было, я провела с ним много времени, он до сих пор много значит...
— До сих пор много значит.
— Ронан, я тоскую по прошлому, мне не хватает той безбашенной девчонки из Монреаля, которая когда-то решила убежать. Семнадцатилетняя Аннабелль, в какой-то из вариантов вселенной, счастлива с Адамом, она не хочет отходить от него ни на шаг. В этой вселенной — я со своим любимым мужчиной, мы стремимся к лучшему, но иногда я возвращаюсь в прошлое, потому что оно существовало и нельзя отрицать этого. Ты завелся из-за фотографий? — спросила Аннабелль прямо.
— Не только. Если бы не воспитание, я бы еще восемь лет назад — набил Адаму рожу, — признался парень. — Сейчас я стараюсь оберегать тебя, носить на руках, только бы тебе стало лучше. Что я вижу? Ты холишь и лелеешь Адама.
